В первый же день практики розовые очки разбились. Стеклами внутрь. Ни о каком прямом взаимодействии с пилотами даже мечтать не приходилось. Пафос, нагоняемый одним из учителей, оказался лишь его собственным представлением о работе.
– Принеси. Подай. Протри. Убери, – вот список команд, которые девушке предстояло выучить за неделю практики.
– Что-то между уборщицей, няней и юродивым, – кратко рассказывала Летта о новой работе.
Единственным утешением служили самолеты. Но как только девушка застывала на месте, завороженная взлетом или посадкой большой железной птицы, тут же раздавался голос начальства:
– Эй... Принеси мне кофе. Что-то я не выспался.
Вечерами после «практики» Летта возвращалась домой, выжатая, как лимон, и бралась за краски. Стена, заполненная рисунками от пола до потолка, обзаводилась новыми деталями: на самом верху, возле линии, где был оторван декоративный плинтус, появилось несколько птиц, а рядом с ними пара самолетов. Каждый из них добавлял девушке сил. В ней еще теплилась надежда, что есть в этом месте работы какая-то магия. Утром, бросив взгляд на свое творение, она отправлялась на практику, надеясь, что «сегодня будет лучше». Днем эта мысль утопала за толщей других, а вечером голова и вовсе была пуста.
В вечер среды Летта решила нарисовать «гнездо», как она называла место, где сидели диспетчеры. Карандашный эскиз, должен был облегчить труд, но все происходило с точностью, да наоборот.
– Да как так-то? – сокрушалась девушка в пустой квартире, когда линия, начерченная по линейке, оказывалась кривой. С каждой движением желание рисовать таяло, как мороженное в песочных дюнах. То же самое повторилось и в четверг.
В пятницу у девушки не было желания рисовать здание. Она просто подобрала нужные цвета и несколькими мазками перекрыла место неудавшейся «постройки». Теперь там вновь был безмятежный фон, напоминающий цветом и формой одновременно и траву, и перистые облака.
– Видимо, не судьба, – пожала плечами художница и отошла к кровати возле противоположной стены. – Так даже лучше.
Решив, что это – знак свыше, девушка повеселела. Тем же вечером она решила, что работа ей не подходит, а уже в понедельник документы, необходимые для трудоустройства, были забраны. Летта вновь была безработной.