Снегоизготовительный завод в облаке над заводом Сталелитейным; колонны, подпирающих небо, труб. Если лишь неба прозрачная плёнка разделяет воду и воду, К старости это всё, необъятное, мне поднести кому б? Грязное это всё, чистую эту нежность, когда пустеют Оба завода, и снег падает на работяг, серебря виски, Если стакан не приносят к телу, к стакану, в итоге, приходит тело, Так задержать ожидая что-то, уходящее по-английски. Так сидят они после смены с пивом в ближайшей дешёвой забегаловке, Если повезёт, ещё с чебуреками или беляшами, сочными, укусишь — брызнет. Слушают старые песни о главном. И даже, относительно, новые песни о главном. Так отпугнуть им охота старость, будто им нравятся эти жизни.
Снегоизготовительный завод в облаке над заводом
Сталелитейным; колонны, подпирающих небо, труб.
Если лишь неба прозрачная плёнка разделяет воду и воду,
К старости это всё, необъятное, мне поднести кому б?
Грязное это всё, чистую эту нежность, когда пустеют
Оба завода, и снег падает на работяг, серебря виски,
Если стакан не приносят к телу, к стакану, в итоге, приходит тело,
Так задержать ожидая что-то, уходящее по-английски.
Так сидят они после смены с пивом в ближайшей дешёвой забегаловке,
Если повезёт, ещё с чебуреками или беляшами, сочными, укусишь — брызнет.
Слушают старые песни о главном. И даже, относительно, новые песни о главном.
Так отпугнуть им охота старость, будто им нравятся эти жизни.
