Воспоминаний о Войне, начавшейся 78 лет назад, у моего поколения быть не может- мы, к нашему счастью, родились в мирное время. Заброшенные доты, гильзы, откопанные при добыче червяков на рыбалку, хвост мины, подцепленный удочкой на Угре, осыпавшиеся траншеи в лесу… В детстве не всегда сразу понимал, что перед тобой след, оставленный этой бедой, может быть свидетельство чьей-то смерти, боли.
Я хорошо помню, когда ко мне пришло острое осознание того ужаса, через который пришлось пройти моему деду, а второму пройти не повезло - погиб.
Мне было 13, мы с родителями путешествовали на теплоходе из Москвы в Ленинград и обратно. Углич, Ярославль, Петергоф, Кижи… Теплоход наш пришвартовался у сказочной красоты острова из скандинавских легенд -бескрайний сосновый бор на гранитных утесах , освещенный ярким солнцем. Экскурсия- «ходим, товарищи, только по дорожкам», скиты, один даже запомнил –Красный, но самое главное- природа, чистейший воздух, волшебный свет, преломленный кронами сосен..
Многие спрашивали про монастырь- экскурсовод отвечала, мол - да, есть, но далеко, да и воинская часть там рядом, «запретка», в общем- экскурсии туда не проводятся, да и самостоятельно ходить не стоит - заплутаете, теплоход ждать не будет.
Родители мои были люди авантюрного склада и мы таки пошли искать тот монастырь- интересно же. Поплутали немного, действительно в запретку уперлись, но к монастырю мы как-то вышли – светлые каменные здания, ничего особенного. Пошли внутрь.
Уже на подходе я увидел безрукого старика. Он улыбнулся парой зубов: «С парохода? Откуда будете? А, из Москвы!!»… он что-то еще говорил, шел рядом с нами, стрельнул у отца сигаретку, но мне уже было не до него.
Мы вошли. Погода стояла ясная и на площадке внутреннего двора увидели греющихся на солнце людей. Без рук, без ног, в колясках, на костылях, на коленях… Люди смотрели на нас с интересом и любопытством, большинство прервали разговоры. И все- пожилые, гораздо старше отца. Один, с изуродованным лицом, пошел в нашу сторону, некоторые потянулись за ним . Они улыбались, просто здоровались, некоторые протягивали руку пожать, некоторые о чем-то спрашивали. Взгляды, выражения их лиц были очень доброжелательные, но я все равно опешил и испугался. Поднял голову- и увидел много лиц, которые смотрели из открытых окон...
фото из интернета, у нас с собой фотоаппарата не было
Возвращались мы молча. Уже на походе к пристани я спросил отца-«Пап, а что это за люди были там, в монастыре?». «Инвалиды. Войны. Не болтай, ладно?»
Вот так я увидел маленький кусочек Войны в Валаамском доме инвалидов.
В заключение замечу, что после смерти инвалиды разделили судьбу многих своих однополчан, погибших на фронте – могилы их утеряны, а на мемориале их памяти, открытом в 2014 году, значится 54 фамилии- тех, чьи удалось разыскать по документам.