Многие российские критики назвали фильм Андрея Кончаловского "Ближний круг" конъюнктурной попыткой подстроиться под вкусы западных зрителей.
Формально для такого рода упреков есть все основания: главные роли в фильме играют американские звезды Том Халс, Лолита Давидович и Боб Хоскинс, а история личного киномеханика Сталина - Ивана Саньшина дана в мелодраматическом ключе.
Мастер тонких психологических драм /"Дядя Ваня", "Дуэт для солистки"/, Кончаловский в "Ближнем круге" дает свои персонажам необходимую дозу объемности, характерности, однако намеренно отказывается от европейской глубины проникновения внутрь психологии героев, что, несомненно, делает их понятными аудитории, неискушенной в перипетиях российской истории 30-х-40-х годов ХХ века.
Русский режиссер русского фильма, скорее всего, вдохновившись примером Алексея Германа, попытался бы снять драму горького прозрения человека-винтика, из которого сталинской тоталитарной машине удалось сделать послушного, нерассуждающего исполнителя чужих приказов. Русский режиссер западного фильма, рассчитанного на заокеанский рынок, сдвигает акценты в сторону истории любви Ивана и его жены, прошедшей "чероез канапэ" самого Лаврентия Берия; истории еврейской девочки, которая после ареста родителей попадает в детдом и т.д.
Иначе говоря, Андрей Кончаловский обращается в первую очередь не к генетической памяти зрителей, а к привычным сюжетным построениям нормального американского кино.
И честно говоря, я не вижу в том ничего дурного. Интернациональность, если она не классово-пролетарская, а основана на общечеловеческих ценностях кинематографического языка, - необходимый мостик между разными менталитетами и культурами.
Кроме того, Кончаловский сумел собрать отличную актерскую команду. Том Халс, легендарный Амадеус из фильма Милоша Формана, играет своего Ивана так, что остается только удивляться, откуда в звезде экрана эта славянская наивность, восторженность, детская беззащитность...
Боб Хоскинс в роли Берия - не менее точное попадание. Маслянистые глазки забавного толстяка, от взгляда которого порой, между тем, веет зловещим холодом. Быть может, эта роль сыграна чуть гротескно, однако убедительно и ярко. На этом фоне, бесспорно, проигрывает Александр Збруев в роли Сталина, где нет, на мой взгляд, оригинального актерского видения роли...
Целое созвездие российских актеров, сыгравших в "Ближнем круге" персонажей второго плана, несмотря на короткое появление на экране, запоминаются, быть может, даже больше, чем в иных главных ролях. Блестяще ведет свой эпизод Ирина Купченко. Ее воспитательница приемника для детей "врагов народа" сыграна так, что в ее героине прочитываются противоречивые чувства усталости, боли, страха, сострадания, опустошенности...
Андрей Кончаловский в "Ближнем круге" стремился показать, что вопреки всему люди далеких 1930-х чувствовали себя счастливыми, хотя их счастье и было возможным лишь при условии безграничной веры в вождей и неписанном законе обходиться без лишних вопросов и сомнений. И как только они начинали эти вопросы задавать, всё их хрупкое благополучие рушилось, вовлекая их в поток искалеченных физически или морально судеб.
Мне кажется, это у Кончаловского получилось...
Александр Федоров, 1993