К северу от Тюмени начинаются просторы, активное освоение которых проходило лишь последние пятьдесят лет. На их территории запросто могли уместиться бы Франция и Германия, и осталось бы ещё места для нескольких небольших государств. Мы в зоне бескрайних болот и подтоплений. Это территория Большой Нефти!
Отрезок железной дороги от Тюмени до Нового Уренгоя тесно связан с освоением тюменского Крайнего Севера. Нефтяной и газовой «лихорадкой» советского образца. Саму ветку тогда часто называли «Тюменским БАМом», и её строительство велось в одном из самых холодных мест Земли.
Строительство ветки Тюмень-Тобольск-Сургут-Новый Уренгой-Ямбург началось в 1966 году. До Нового Уренгоя поезда пошли в 1980 году. Уже в новом тысячелетии дорогу дотянули до заполярного Ямбурга.
Полотно дороги прокладывали по руслам рек и болотам, среди полчищ гнуса. Зимой работы осложнялись пятидесятиградусным морозом с пронизывающими ветрами. В приобских трясинах тонула тяжелая техника. Преодоление полноводных сибирских рек становилось огромной проблемой, которую, в итоге, смогли разрешить с помощью ряда оригинальных технических новаций. Именно здесь, на тюменской трассе, отрабатывались технологии, которые вскоре пригодились строителям большого БАМа.
Северные города выглядят как осколки цивилизации в этом бескрайнем древнем болоте. Они строились с фантастической скоростью. Как и на другие великие стройки социализма, сюда съезжались молодые люди со всех уголков страны.
Был объявлен специальный комсомольский призыв, и особый статус городского и железнодорожного строительства. И причиной тому стали бескрайние нефтяные поля и газовые месторождения, обнаруженные в местных гиблых топях.
Мы находимся в центре золотого треугольника Сургут-Когалым-Нижневартовск. Если попытаться оценить этот участок земли в деньгах, то получится поистине астрономическая сумма.
Нефтяная лихорадка в Западной Сибири началась в середине 60тых, когда из скважины под Нижневартовском забил первый мощный фонтан тяжелой сибирской нефти. Гонка за советским черным золотом проходила по своим законам, отличным от техасских или южно-американских. Но, так же как и там, она была полна драматизма и совсем нешуточных страстей. Заехав в Нижневартовск, мы несколько удалились от нашего основного северного маршрута. Уже здесь хорошо ощущается холодное влияние Арктики. Период летних белых ночей на средней Оби длиннее чем в Санкт-Петербурге. Мы без остановок минуем Сургут и выезжаем на участок дороги, ведущий к Новому Уренгою.
С каждой сотней километров природа становится все скупее на краски. На пути экспедиционного поезда несколько крупных рек с длинными сложными названиями. Для каждой из них разрабатывалась своя оригинальная конструкция моста. Мы часто останавливаем наш локомотив, чтобы устроить постановочную фотосессию. Или просто полюбоваться игрой света в низком северном небе.
Такого количества чистейшего белого песка на не приходилось видеть ни в одном другом месте. Великие сибирские реки тысячелетиями несли осколки породы с Юга на Север. Вода перемалывала их до тончайшего состояния, оставляя по течению крупные камни и гальку. И сюда дошла только эта шелковая белая пыль, заполнившая собой весь Крайний Север Сибири.
В районе Нового Уренгоя дорога вновь разделяется на две ветки. Та, что ведет на Запад, в сердце Ямальского полуострова, в сторону Надыма и Салехарда, имеет драматическую историю строительства, достойную отдельного рассказа. Мы обязательно туда вернемся. Нам же предстоит дорога в арктический поселок Ямбург, где железная дорога упирается в воды Обской губы..
Историю создания дороги Тюмень-Новый Уренгой-Ямбург теперь услышишь нечасто. Такова, увы, судьба многих великих советских строек. Это удивительно еще и потому, что коммерческая ценность магистрали не поддается простому денежному исчислению. Это всего лишь один из столпов нынешнего благосостояния страны.