Замечали, что любая еда, пересекая границу парка или лесной зоны, того места, которое мы называем «природой», внезапно становится какой-то другой?! Не знаю, может её заколдовывают эльфы или гномы, или кто там у них главный? Леший его знает, что там с ней делается, но она становится вкуснее и желаннее.
Возьмём, к примеру, хлеб. Дома хлеб лежит себе и сохнет (наверное, его и назвали поэтому кирпич). Но стоит принести его на природу, подержать пару минут над костром, и всё-ё, никаких тебе эклеров не надо, никаких блеманже с ананасами. На природе начинаешь любить нарезные батоны больше, чем родину и поглощать их быстрее, чем голодные утки в городском пруду.
Или огурцы, пупырчатые и холодные, они лежат обычно в холодильнике и скромно посматривают на нас из пакета, а мы неловко отводим взгляд, шаря глазами по полкам в поисках чего-то поинтереснее (конечно, колбасы). Но на природе это уже не скучные огурцы, на природе они — хрустящее изящество. Разрезаешь их надвое, посыпаешь солью, трёшь хорошенько друг о друга, брызжя солёным соком вперемешку с дофаминами, уплетаешь этот деликатес за обе щёки и кричишь, кричишь в восторженном недоумении: «Почему мы взяли всего лишь три килограмма?! Это ж нам на пять минут!».
Картофель, запечённый в фольге дома — просто гарнир с маленькой буквы «г». На природе же мы с удовольствием жуём обуглившиеся чёрные комочки, обжигающие наши руки и рот и довольно восклицаем: «Слава, слава, государю нашему императору Петру Алексеевичу, что привёз мешок картошки из Европ этих своих. Чистейший восторг, господа, не правда ли?!» И наши друзья, выковыривая фольгу из зубов, кивают и соглашаются: «Да-да, полностью разделяем ваши монархические настроения».
Или вот оливки! Дома ты можешь разглагольствовать: люблю — не люблю. На природе — залетают со свистом, словно пчёлки в улей, итальянские, испанские, белорусские, с косточкой, без косточки! С косточкой даже лучше, так как потом можно её запулить в невидимого противника.
Я уже не говорю про конфеты. «Раковая шейка», которую дома даже за конфету-то стыдно принять, так недоразумение советской кондитерской промышленности и да и нэйминга, на природе становится источником райского блаженства. Выковыряешь её из подкладки рюкзака, сдуешь песчинки, травинки, и наглого муравья, вонзишься в неё зубами, рискуя дорогой пломбой и понимаешь, вот она — дольче вита!
Что же случится, если на природу принести и без того сочный и мощный пирог? Вот мы и проверим. Но для начала его надо приготовить.
ИНГРЕДИЕНТЫ
2 упаковки слоёного бездрожжевого теста
300 гр. шпината
500 гр. адыгейского сыра или тофу
1 банка оливок без косточки
Специи по вкусу
2 ст.л. сметаны
1 ст.л. кунжута
Что делать?
Размораживаем пласты слоёного теста, разложив их по всей кухне и отгоняя мух.
В это время займёмся начинкой: шпинат произвольно чикаем ножом, сыр хаотично жамкаем руками, оливки аккуратно нарезаем колечками.
В разогретую сковородку добавляем масло и выкладываем сыр, обжариваем его с разных сторон, добавляем шпинат и заливаем небольшим количеством воды. Шпинат резко теряет свой объём, исчезает как рыжебрюхий дятел в Красной книге.
Для особого вкуса добавляем то, что каждый из вас обычно добавляет (кто специи, кто хрен с маслом — у всех свои секретики). И соль. Тушим всё под крышкой минут 3-5, кладём оливки, перемешиваем и остужаем.
Собираем пирог. Прелесть этого пирога в том, что его можно собрать прямо на коленке. Фигурально, конечно, выражаясь. Но он и правда не требует много места, чтобы раскатывать тесто.
Берём размороженный пласт, разрезаем надвое. Отрезанную часть немного растягиваем в стороны и выкладываем по центру начинку. Защепляем края, получается такой червячок Вася. Кладём в самый центр швом вниз и закручиваем по часовой стрелке (вроде как это благоприятно, вроде как пирог потом будет знать, как ему по пищеварительной системе двигаться и не собьётся с пути). «И вообще, хочешь жить — умей вертеться, бро!» — говорит нам Вася из сковородки.
Собрав пирог, обмазываем его растительным маслом или сметаной и посыпаем кунжутом (всё для красоты).
Ставим в духовку на 40-50 минут при температуре 220 градусов. Пока пирог готовится, мы собираемся на природу: намазываемся кремами от комаров, от клещей, от солнца, от морщин, от чёрных точек, от сумасшедших. Конечно, можно собираться, как собирался ретивый рыбак в стихотворении Эдуарда Успенского, но мы пойдём налегке, захватив только пирог и малиновый компотик.
Подавать
Ладно, признаюсь, пирог — это только предлог, чтобы напомнить, как здорово побывать на природе. Парк, лес, озеро, река сами по себе прекрасны и туда можно ходить отдыхать и набираться сил хоть с пирогом, хоть без пирога. «Но с пирогом лучше!» — кричит червячок Вася из пакета. И ваш червячок ему вторит: «Ур-Уррр!»