Посередине переулка Огородная слобода, что возле Чистых Прудов, глядя на сквер, стоит замок - дом чайного короля Высоцкого, больше известный как “гордом на Стопани”, Дворец пионеров и т.д. Здание это, возведенное в 1900 году, здесь главное.
Автор его — Роман Клейн, один из самых востребованных архитекторов своего времени. Главная его работа, на которую потрачено двадцать лет жизни, — Музей изящных искусств (Музей изобразительных искусств имени Пушкина). Но перейдем к хозяевам особняка, чьи очертания пунктиром пробиваются через зелень, — помеси средневекового замка и небольшого дворца эпохи Ренессанса.
Чаеторговая фирма была основана Вульфом Янкелевичем Высоцким в 1849 году. А через полвека её доля составляла треть всего чайного импорта России. Среди прочего, успеху способствовала репутация: даже конкуренты не находили дурного слова для императорского поставщика благородного напитка. В гостеприимный дом Высоцких часто заглядывали жившие неподалеку Леонид Осипович Пастернак и его сын Борис.
Кисти Пастернака-старшего принадлежат портреты сына основателя фирмы Давида Высоцкого и членов его семьи, хранящиеся в фондах Третьяковской галереи и Государственном историческом музее. А с восемнадцатилетним Пастернаком-младшим произошла романтическая история: он влюбился в дочь Высоцкого Иду. Благодаря чему родилось одно из прекраснейших стихотворений:
В тот день всю тебя, от гребенок до ног,
Как трагик в провинции драму Шекспирову,
Носил я с собою и знал назубок,
Шатался по городу и репетировал...
В общем-то, в «Марбурге» с документальной точностью отражены эмоции, что родились при встрече с уехавшей в Европу дамой сердца - в Германии, в 1912 году:
Я вздрагивал. Я загорался и гас.
Я трясся. Я сделал сейчас предложенье,-
Но поздно, я сдрейфил, и вот мне - отказ.
Как жаль ее слез! Я святого блаженней.
То, что Пастернак оказался в Германии вовсе не из-за любви, а из-за Марбургского университета, бывает, остается за кадром. Этому городу посвящены не менее пламенные, чем любимой, строки. В этом случае чувства оказались взаимны: на Гессельбергштрассе, 15, где поэт снимал комнату у вдовы местного чиновника, и сейчас висит посвященная его памяти мемориальная доска. А любовь, что любовь?
«В это время в Марбург приехали сестры В-е. Они были из богатого дома. Я в Москве еще в гимназические годы дружил со старшей и давал ей нерегулярные уроки неведомо чего... Это была красивая, милая девушка, прекрасно воспитанная...», - так отстраненно пишет Борис Леонидович о том, что казалось важнее жизни, через 18 лет, в «Охранной грамоте».
Но — о, сила поэзии! - каждый влюбленный и сегодня может заново, со свежей силой эмоций, твердить как мантру: «В тот день всю тебя, от гребенок до ног, как трагик в провинции драму Шекспирову...»
Что же касается Высоцких, то в 1918 году чаеразвесочную фабрику национализировали, долго описывали имущество и оборудование, в процессе чего, кстати, исчез символ фирмы, ее «знак качества» - серебряный кораблик. Розыску его посвящена солидная переписка, хранящаяся в московских архивах. Именно этот кораблик, присутствовавший на каждой фирменной, затейливо оформленной коробке чая, удостоверял его подлинность.
Подделки продукта были нередки, но строго преследовались законом. Так, в 1888 году был громкий процесс чайных фальсификаторов Поповых, продававших некачественный чай под маркой известной фирмы однофамильцев — К. и С. Поповых. В результате виновный купец был приговорен к трехлетней ссылке. Пламенную обвинительную речь произнес представлявший истца знаменитый адвокат Федор Плевако. А заключительный вердикт вынес не менее известный Анатолий Кони, выступавший в роли обер-прокурора: «Торговля продуктами заведомо во вред здоровью для бедного покупателя, сознательно покупающего негодный товар под названием годного, содержит в себе все признаки похищения чужого имущества». Хорошо бы и сегодня об этом не забывать, не правда ли?
Несмотря на исчезновение «кораблика» империи Высоцких, она,
единственная из российских чайных компаний, устояла, сохранила капитал и заграничные филиалы. В Израиле был открыт главный офис компании «Wissotzky Tea». Она и сейчас продает свои чаи во многих странах мира. А дети и молодежь по-прежнему занимают замок чаеторговца.
Начало: "Здесь весело шелестели капустой, хрустели огурцами и прорастали репкой". Конец: "Привидения кружевного дома".
Еще о Чистых Прудах: "От монумента идеологу русского анархизма, что стоял в начале бульвара, шарахались даже лошади"
Гуляла Мария Кронгауз