Вообще, русская литература - не шибко-то и приглядная. Я не в том смысле, что в ней полно чернухи - это можно и в английской литературе найти, и во французской (в немецкой - особенно). Я в том смысле, что мы к ней не приглядываемся. А там, если приглядеться, можно много чего накопать.
Например: три главных врага животных в русской литературе.
Третье место занимает дед Мазай у Некрасова. Как вы помните, он там разъезжает на лодке по затопленному лесу в половодье и спасает бедных зайчиков, оказавшихся в ловушке на каком-то там островке.
Сразу вопрос: а чего это он поперся на лодке в эти места? Чего ему там приспичило? Официальная версия, по словам того же Мазая, - это он за дровами поехал. Которые половодьем с реки выносило. Там, значить, он эти дрова багром зацеплял и в лодку ложил.
Но почему за этим приспичило ехать именно в это время? Он не мог подождать, пока вода схлынет, а потом спокойно приехать с тачкой/на телеге да набрать себе сколько угодно с земли? А в лодку с воды ты много нагрузишь? Так, десяток-другой полешков - а то и перевернуться не долго. Неувязочка.
Поэтому однозначно - Мазай ехал не за дровами. В этом не было никакого смысла - ни практического, ни экономического. Ехал он именно за зайцами - чтобы насобирать их на мясо и на мех. Поймал зайца - хрясь его багром промеж ух, и все. Мясо - в кастрюлю, мех - на шапку.
А на заячьем острову, надо полагать, вообще резня была. Зайцам там конкретные вилы были - либо в воде потонуть, либо под багор Мазаю. При том, что дело у нас происходит ранней весной, а у зайцев в это время брачный период начинается - как есть браконьерство и экологическая диверсия.
А что этот Мазай там Некрасову наплел под пельмени с заячьими ушками - это совсем другая история. Николай Алексеич - он любил народ идеализировать. Иногда там, где этого совсем не надо было делать.
На втором месте у нас... Не, не - не Тургенев. Иван Сергеич был профессиональным охотником. Поэтому если он где-то и браконьерил - писать об этом он бы точно не стал. Знал, что вычислят. Собака Муму - не в счет, там у Герасима кукушка поехала.
На втором месте у нас - Мцыри от Михал Юрьича Лермонтова.
Там есть такой эпизод. Там, значить, главный герой ночью топает по лесу, выходит на поляну, а там - барс какую-то мясину хавает. И вот, значить, барс нападает на героя, тот хватает какую-то деревяху и начинает дубасить кисаньку - типа самооборона.
Да только вот какое дело. Барсов в тех краях не водилось. Но барсом могли называть, например, рысь - а вот этой фауны в отой флоре было таки-да.
НО: рысь не нападает на человека. Да и не будет рысь на поляне на открытой местности че-то жрать. Она обязательно это утащит в укромное место и там втихаря и заточит. Не верите? Ну дайте вашему коту сосиську - он наверняка ее потащит куда-нить под кровать и там ее уже спокойно съест. Это инстинкт.
Напасть на человека - даже на мцыря - рысь может только в очень редких случаях. Например, если это самка защищает своих детенышей.
Поэтому реальная картина была совсем не такой, которую напел мцырь. Этот мцырь начитался "Рыцаря в тигровой шкуре" Шота Руставели. И решил тоже надыбать себе тигровую шкуру - ну, добыть шкуру рыси, а потом перекрасить ее полосками.
Ночью надыбал он нору, в которой обитала самка с детенышами. Потому что ждать ее на одном месте было бы проще, чем бегать за этой киской по всем горам. Она на него напала, но без толку. Соответственно, самку он убил, шкуру снял. А Лермонтову напел - что, мол, кощка, слющай, савсэм-савсэм дикий бил. Сижу на камень, да, никто не трогаю, куру, пью чай - а она как пиригнет, панимаишь. Глазища - во, когтища - во! Пириставляишь, да? Ну я там нашел разный коряга-моряга, да - еле-еле отмахался. Слющай, куда "в мири животных" смотрит, э?
Ну и на первом месте - разумеется, наше всё. Александр Сергеич и "Сказка о царе Салтане".
Там вообще жесть. "Остров доктора Моро" помните? Ну этот, где свихнувшийся ученый создавал гибриды людей и животных? Так вот автором этой идеи был не Герберт Уэллс - ее придумал Александр Сергеич.
Судите сами. Во-первых, сам князь Гвидон - изначально "не то сына, не то дочь, не мышонка, не лягушка, а неведома зверушка". Тут какая-то жесткая мутация получается. Чернобыль нервно курит в сторонке.
Далее этот Гвидон, попавши на неизвестный остров, знакомится с антропоморфной лебедихой - на коей впоследствии и женится. А до этого время от времени принимает облик комара, мухи и пчелы - причем очень дальнего радиуса действия. Это опять намеренная гипермутация.
При этом на острове еще живет белка, которая как семечки разгрызает золотые скорлупки и изумруды - это ж как белку прокачать надо было? Это ж гибрид белки и гидравлических ножниц с домкратом. И все это - сделала антропоморфная птица-лебедь (доктор Моро в юбке).
Кстати, интересно, а чем эта белка какашила - при таком режиме питания? И представляете, какой прочности был ее пищеварительный тракт, раз она металлы грызла? Чего в нее там вшили, вивисекторы туды их налево?
(а помимо того, на том острову еще и контрабанда процветала - у Пушкина открытым текстом идет "торговали мы недаром неуказанным товаром").
Куда ни глянь, сплошные издевательства над животными получаются. А мы - читаем, восхищаемся, умиляемся. Детишкам в пример ставим...