— Война застала меня на западной границе, в городе Перемышле, где я служил командиром роты 99-й стрелковой дивизии.
Граница в то время жила напряженной жизнью, а нам и вовсе приходилось смотреть в оба: немцы — на другом берегу реки Сан, которая делила Перемышль на две части.
Но июньские дни проходили относительно спокойно. Несколько раз мы выходили на разгрузку железнодорожных составов с углем, которые поступали с «той» стороны. Никаких признаков враждебности у немецких железнодорожников мы не замечали. сами тоже старались вести себя корректно. Словом, хотя и попахивало в воздухе военной грозой, была надежда, что тучи пройдут стороной.
В субботу, 21 июня, я со своим земляком командиром взвода Семеном Кудиновым пошел в городской парк. Вернулись к отбою и сразу легли спать. Разбудил нас артиллерийский залп. Поначалу подумали: местная провокация. Но фашисты перенесли огонь на артиллерийские склады, начали рваться боеприпасы, и мы поняли: туча войны опустилась прямохонько на нас.
Времени на раздумья уже не оставалось, места сосредоточения на случай боевых действий были определены заранее, и каждый поспешил туда.
Дня за три до начала войны в роту ко мне пришло молодое пополнение, за молодежь я беспокоился больше всего. А оборону пришлось занимать именно с нею, потому что большинство старослужащих моей роты несло дежурство вместе с пограничниками непосредственно на границе.
Между тем гитлеровцы пустили в ход авиацию. Установили пулеметы на длинных прямых улицах города, которые выходили к реке, и простреливали их насквозь. Рушились казармы, дома, в огне гибли семьи военнослужащих, мирные жители. И в этом аду нужно было организовать жесткую оборону, дать захватчикам отпор.
Мы сделали все, что могли. Минуты первой растерянности прошли, стало ясно: это война, война с врагом жестоким, беспощадным, и силу эту можно сломить только силой. Бои шли по всей линии границы. Жены комсостава укрылись в старинной городской крепости, оказывали помощь раненым, подносили бойцам воду, боеприпасы. Сражался каждый, кто мог, и стойкость нашу противник познал сполна. Пять дней держали мы оборону, Перемышль несколько раз переходил из рук в руки. И только после того, как гитлеровцы обошли город с обоих сторон и мы оказались практически в окружении, было приказано отступать.
С болью в сердце оставляли мы Перемышль — форпост нашей Родины на западной границе. Но уходили с верой в победу, и вера эта поддерживала нас в самые трудные дни.
14 июля, через 22 дня после начала войны, я был ранен и эвакуирован в госпиталь.
Потом, за всю войну, которую прошел до конца, не встретил никого из своих бывших сослуживцев И поныне неизвестна мне их судьба. Но уверен: каждый из них в горниле войны выполнил свой боевой долг с честью.
— из воспоминаний Героя Советского Союза, гвардии майора Иванова Георгия Федоровича.