Найти в Дзене

Сергей Федотов "Все, что шевелится": Запутавшееся продолжение попаданческой "Паутины"

«Все, что шевелится» - скорее не сиквел, а ответвление "Паутины" Сергея Федотова. Книга наверняка отпугнула не таких уж многочисленных почитателей оригинала. Хотя автор вводит сюжетный поворот в двадцать первом веке ставший популярным в попаданческой литературе: Когда персонаж вселяется в тело другого персонажа, а тот становится лидером народа и командиром армии. Во «Все, что шевелится» автор решил сильней проработать мир… И забабахал огромную предысторию на несколько десятков страниц. Обещанные заголовком, кхм, подробности есть. Но совсем не в той форме, которую ожидают нынешние любители «взрослого» жанра. А ближе скорее к… Боккаччо или даже Рабле. Если в первой части откровенные сцены были в основном в сюжетно важных местах, то здесь уже где попало. Точнее с самого начала, и имеют, прежде всего мифологическое значение в истории зарождении мира и рас. Главный герой прошлой части – и есть в книге, и нет. Сложно объяснить это, не раскрывая концовку первого тома. Так или иначе, в это

Издательство "Азбука". Иллюстрация на обложке В. Румянцева
Издательство "Азбука". Иллюстрация на обложке В. Румянцева

«Все, что шевелится» - скорее не сиквел, а ответвление "Паутины" Сергея Федотова. Книга наверняка отпугнула не таких уж многочисленных почитателей оригинала. Хотя автор вводит сюжетный поворот в двадцать первом веке ставший популярным в попаданческой литературе: Когда персонаж вселяется в тело другого персонажа, а тот становится лидером народа и командиром армии.

Во «Все, что шевелится» автор решил сильней проработать мир… И забабахал огромную предысторию на несколько десятков страниц.

Обещанные заголовком, кхм, подробности есть. Но совсем не в той форме, которую ожидают нынешние любители «взрослого» жанра. А ближе скорее к… Боккаччо или даже Рабле.

Если в первой части откровенные сцены были в основном в сюжетно важных местах, то здесь уже где попало. Точнее с самого начала, и имеют, прежде всего мифологическое значение в истории зарождении мира и рас.

Главный герой прошлой части – и есть в книге, и нет. Сложно объяснить это, не раскрывая концовку первого тома.

Так или иначе, в этот раз нужно будет помочь былым противникам ютам защитить их родной мир.

-2

Вернутся и «драчевские затейники» - олицетворение авторской тусовки.

Заслуживает внимания и линия «злокозненного дяди» одного из персонажей. Она практически не имеет отношения к сюжету. Просто тот, после изгнания за свои грехи, как бомж, слоняется из одного поселения в другое. И в каждом пытается стать главным. Хотя это интереснее затянутого вступления, но наверняка любители первой части пожелали бы совсем другого.

В итоге, вместо того, чтобы исправить недостатки «Паутины» – вторая книга ушла «куда-то не туда» и запуталась окончательно.

Но при всех упомянутых особенностях книга, хоть и радикально отличается от прошлой части, все же вызывает некоторый интерес. А после прочтения не остается расстройства, что автор не развил цикл до трилогии. Элементарно закончились идеи…

Вот такая получилась «Сибирская дилогия». Оригинальная в свое время и предвосхитившая некоторые популярные элементы отечественной фантастики… Но несколько утратившая актуальность в наше время. Если для вас рекомендация Михаила Успенского не пустой звук – можете почитать «Паутину». Вот только на ее продолжении подобной отметки уже не стоит…