Однажды, давным-давно, когда я еще пребывала на стадии «тургеневской девушки»…
Кстати, этот диагноз поставила мне очаровательная врач-гомеопат, к которой меня потащила энергичная подруга, озабоченная нашими с ней девичьими недомоганиями. Врач принимала на дому – как сейчас помню, в коридоре у нее стоял немыслимых размеров аквариум с невиданной красоты рыбками! Так вот, задумчиво меня выслушав, она спросила, дополняя анамнез:
- Ветер плохо переносите?
- Да! – радостно закричала я, - плохо! Очень плохо!
(А я действительно очень боюсь сильного ветра – в детстве у меня на глазах в грозу сломалась береза!)
- Ну что ж, поня-атно-о… Тургеневская девушка.
Так теперь и живу, надеясь помереть с этим диагнозом, так и не перейдя в следующую стадию!
Что? Какую?
Ну, анекдот же есть!
Три стадии женского возраста: тургеневская девушка - тургеневская девушка - старая дура.
О чем это я… Ах да!
Так вот, однажды моя старшая подруга, человек совсем иного поколения, происхождения, воспитания и менталитета, прошептала мне на ушко страшную тайну: «Мужчина всегда остается ребенком! Всегда! До самой смерти».
А тут как-то, читая интервью с молодым Виторганом, сыном Виторгана-старшего и Анны Балтер, прочла: «Взрослеют только женщины!»
Ага! Значит, сами мужчины это подтверждают!
А то у меня уже столько набралось подтверждений…
Нет, на самом деле я просто обожаю этих милых мальчиков разных лет!
Вот таких, например, как в книжке у Марианны Гончаровой «Левый автобус», который три раза сынульку на санках в детский садик отвозил, а сынулька по дороге спрыгивал и домой убегал. Воспитательница на него уже с интересом смотрит: чего это он ходит туда-сюда, такой мечтательный, с санями… Санки выгуливает.
Или вот, мой собственный… э-э-э… пример: поехали ко мне на дачу. Он – из Москвы, а я должна была подсесть по дороге, во второй вагон от головы состава.
- Во второй! И место мне займи! Запомни: во второй от головы!
Ну?
Второй вагон от головы мог бы отсчитать любой первоклассник!
Вошла, смотрю – нету!
Зато есть место. Села.
Сижу, думаю: ну если он вообще не сел, опоздал там, тогда ладно. Одна поеду. И если он даже вскочил не в тот вагон, то уже мог бы дойти до второго вагона от головы состава! От Москвы-то! Но не дошел. И что мне делать? Тут сидеть, благо место есть? А если он там где-то сидит, сиротка? На какой станции выходить, он точно не помнит… И куда он уедет? Где я его потом разыскивать буду?!
Черт с ним, с местом!
Пошла по вагонам. С рюкзаком. Протискиваюсь. Один вагон, второй… третий… четвертый… Да где ж он есть-то?!
Нашла в шестом вагоне. Сидит, весь из себя обиженный:
- Ну, и где ты?!
- Я-то здесь. Я-то во второй вагон села, как договаривались!
- А я в какой?! И я во второй!
- Нет, ты считать вообще умеешь?! Это - ШЕСТОЙ!
- Как шестой… Да не может быть…
- Нет, я не понимаю! Что, трудно отсчитать второй вагон от головы!
- Ты понимаешь… Там состав как-то так… загибался… Мне показалось, что это – второй…
Состав у него загибался!
Это я сейчас загнусь…
Место мне, конечно же, он не занял.
Ну? Разве можно их не любить?!
Невозможно…
Я вот, правда, думаю: это они сами такие? От природы? Ведь они такие уже давно, судя по словам моей старшей подруги…
Или это мы сами их такими сделали? Мы в смысле - женщины? Ведь нам так нравится пестовать, лелеять, разгребать завалы и распутывать клубки, щебетать над ними и держать под крылом!
Вот у моей подруги двое детей: мальчик и… мальчик. Одному уже 26 и другому – 24. И муж… тоже мальчик. Сидят все под крылом. Прочно так сидят, уютно. Отдыхать ездят всей семьей: мама, папа, восемь детей и грузовик, и два мальчика. Сплошное умиление. Но я почему-то не умиляюсь.
Наверное, я злобная индюшка!
Но еще не известно, что было бы, заимей я собственных мальчиков – может, так же точно щебетала бы…
Но иногда, подустав пестовать, лелеять, разгребать завалы, распутывать клубки, щебетать и трепыхать крыльями, та-ак начинаешь мечтать о Настоящем Взрослом Мужчине!
С подвыванием мечтать, с надрывом!
Так в немецком городе Марбурге прекрасная чешка по имени Ева – красивая, умная, самостоятельная, благополучная, вышедшая замуж в ФРГ, получившая развод и растящая совершенно необыкновенного сына Адама, зеленоглазого Маленького Принца, в которого я влюбилась раз и навсегда – так вот эта самая Ева тяжко вздохнула и сказала мне доверительно:
- Нет, у нас прекрасные отношения с его отцом! Просто прекрасные! Они очень улучшились после развода! И мне гораздо легче без него! Но знаешь… Так иногда хочется… Почувствовать себя – как за каменной стеной…
- И тебе тоже?!!!
Но с другой стороны…
Еще неизвестно…
Понравилось бы нам за этой каменной стеной…
Ведь мы уже разучились быть слабыми, трепетными, трогательно-неумелыми и беззащитными!
Или нет?