Зловещие стены морга излучали холодный ужас. В пропитанный формалином воздух подмешивался приторно-сладкий запах разлагающихся трупов.
— Вот тут она. — Волков подошёл к крайней каталке и приподнял простыню.
У Лены потемнело в глазах.
— Закройте. На это, действительно, невозможно смотреть.
— Я вас предупреждал, — тут же вставил Махоркин.
— Я хочу взглянуть на её руки и стопы. —
Не дожидаясь Волкова, Лена сама приподняла простынь. Распухшие пальцы были синими.
— Нет, не Лебедева это.
— Вы по пальцам определили? — усмехнулся судмедэксперт.
— По маникюру. Не может балерина, готовясь к премьере, ходить с облупившимся лаком на ногтях.
— Может он от влаги облупился, как вы говорите? — предположил Махоркин.
— Или во время драки, — добавил Волков.
— Ну допустим. Но посмотрите на её стопы. Вы когда-нибудь видели, чтоб у балерины были "живые" стопы.
— Ну у этой точно не живые, — хохотнул судмедэксперт.
— У балерин пальцы ног разбиты в кровь, им же приходится по нескольку часов прыгать на кончиках пальцев. Это точно не стопы балерины.
— Вот те раз. — Волков посмотрел на Махоркина. — Придётся вернуть труп на место и искать дальше.
— А это что? — пропустив мимо ушей шуточку, заинтересовалась Рязанцева. На соседней каталке из-под простыни выглядывала изящная женская ручка с аккуратным маникюром. На безымянном пальчике руки посверкивал изумруд, вкраплённый в колечко из белого золота.
— Ночью привезли. Из реки выловили. Прикиньте, парень на теплоходе девушке предложение делал. Прошу твоей руки, говорит, а она в ответ как заорёт — рука! Он за борт глянул, а там рука плавает, — брызгая слюной и заикаясь от смеха, рассказывал Волков.
— Что вы несёте?
— Это правда, — подтвердил Махоркин. — Всю ночь водолазы собирали человеческие останки в Москве-реке.
— Покажите мне. — Лена отдёрнула простыню. На каталке лежали руки, ноги и фрагменты туловища. Головы не было. — А голова где?
— Голову не нашли.
— Это Лебедева.
— Почему вы так решили? — От удивления брови начальника приподнялись.
— Кольцо. Про это кольцо мне говорила её мать. Зелёный изумруд в белом золоте. И стопы, видите, разбиты. Это Лебедева, и без головы ясно.
— Ну, я не знаю, что сказать, — развёл руками Махоркин, — похоже, Волков, вам пора увольняться.
Читайте на Литрес, Ридеро, Амазон и Букмейт детектив Елены Касаткиной "Амплуа убийцы" и подписывайтесь на мой канал.
