Патрон выпал из пальцев, подскакивая покатился по наклонной к лестнице. Неуместно красная гильза застыла у первой ступени. Зацепилась латунной частью за мелкий мусор. Марк выругался, забросил дробовик за плечо и поковылял держась за стену. На облупившейся краске остался красный отпечаток ладони, смазанный, будто небрежный мазок кистью.
Евгений проводил друга взглядом, прохрипел ковыряясь в аптечке.
— Брось, потом поднимешь. Лучше мне помоги... проклятье где же оно?!
— Нет, нельзя. — Упрямо пробормотал Марк, осторожно опускаясь на колено и целясь из пистолета в темноту, куда уходит лестница.
— Льзя! Давай сюда! У меня рука почти не слушается... проклятье!
— Ладно-ладно! Разревелся, терпи, ты же мужик!
— В дупло себе запихай «тыжмужик»!
Коридор, через разбитое окно, освещает мигающий жёлтым фонарь. На улице идёт дождь средней паршивости. Под косым углом разбивается о стену соседнего здания, гремит по ржавому водостоку. На первом этаже слышны шорохи и едва различимый тоскливый вой. По лестнице вверх медленно поднимаются смачные шлепки, будто на бетон роняют кучу мокрого тряпья.
Костяной скрежет бьёт по ушам, пробуждает первобытный страх. Марк достал из аптечки толстый шприц и уверенно вколол другу. Евген зарычал сцепив зубы и откинув голову хрястнулся затылком о стену. По венам побежала волна раскалённой кислоты, с разбега ударила в мозг. Мужчина тяжело задышал, склонил голову, с носа на грудь упала тяжёлая капля мутного пота. Мышцы по всему телу сократились и застыли, почти сломав кости.
— Дер... о...
— Ну уж явно не сахар. Говорил я тебе, сделай прививку перед миссией. Но нет... «Что может случиться? Ты что параноик?». Доволен теперь?
— Затк... нись...
— Ну, ты знай, если что у меня пуля спецом для тебя заготовлена. Чистое серебро!
Шлепки по лестнице преодолели первый полёт, появился костяной стук и тихий, полный ярости вой. Марк скомкано выругался и дозарядил дробовик. Друга забило в мелкой судороге, тело сползло по стене на бок. Глаза потеряли осмысленность и затянулись дымкой.
— Эка тебя перекосоёкило друже, ну ладно...
Поняв, что шлепки не спешат подниматься, Марк вытянул из аптечки тонкий шприц. Трижды глубоко вдохнув и быстро выдохнув, рывком вколол себе. Перед глазами на миг поплыло, а сердца коснулся холодок.
Боль нехотя отступила, пусть ненадолго, этого хватит.
Мужчина стянул куртку и скомкав подложил под голову друга. Оставшись в заляпанной кровью футболке, пошёл к лестнице держа дробовик наготове. Нечто в темноте зарычало, Марк увидел жёлтые отблески на множестве глаз.
— Евген, слышишь? Конечно... —Громко сказал Марк беря дробовик поудобней и беря тьму на прицел. — Я тут задумался, твари ночи, они же существуют со дня появления человека на этой проклятой земле. А некоторые и того древнее! Пещерные рисунки, мифы эллинов, да в каждой культуре... Они были везде, они и есть везде.
Евгений промычал в ответ, а может просто спазм сдавил глотку. Сыворотка сама по себе яд, любая змея обзавидуется. Охотник конечно выдержит, но ближайшие десять минут ему покажутся столетием.
— Они сильны, хитры и невероятно живучие. — Продолжает Марк, сверля тьму взглядом. — Но что более важно, они питаются нами! Кто молоденькими девками и детьми, а кто мужиками не брезгует.
Тьма зарычала, нечто приготовилось к прыжку. Слабый свет заискрился на множестве клыков.
— Вампиры, оборотни и сонм прочих, менее известных тварей... Я тут задумался, а почему, за эту прорву столетий, они не поработили нас? Не превратили в скот? И я понял!
Дробовик выплюнул сноп пламени, от грохота и истошных визгов заломило уши. Отдача второго выстрела отдалась в ранах лёгкой болью. Чудовища в темноте завывая покатились вниз по лестнице.
— Да. Я понял. — Процедил Марк. — Просто мы сильнее.