Подруга написала, чтобы поздравить меня с днем рождения, но со второго сообщения стало понятно, что у нее есть и более важное дело. Это меня подкупило: она без обиняков перешла к задаче, просто потому что искренне переживала за свой бизнес и не могла долго этого скрывать.
Фриланс — штука тонкая. Я давно не берусь за серьезные проекты на стороне. Но когда возникала необходимость купить машину или сделать ремонт, проекты могли приносить до 50% всех доходов. И сжирать до 100% времени, конечно.
В свое время мне удалось заработать себе репутацию быстрого и скромного креативщика, и тогда я приглянулся небольшим BTL-агентствам. А у тех по 5 тендеров на неделе с невысокими стандартами качества, успевай презентации верстать. Эта ниша подходит для быстрых денег, но долго в ней продержаться получается не у всех: требуется упорство, умение многократно повторяться и усидчивость, когда приходят комментарии.
Был и ещё один момент: странное чувство при обсуждении цены за проект.
Здесь было важно держать баланс: неоправданно дорогих быстро вытесняют более эффективные специалисты, а труд “дешевых” фрилансеров ценится намного ниже, даже если не отличается по качеству. Менеджеры действуют по принципу “дешевую вещь испортить не жалко” и дают себе волю в комментариях.
Поэтому действует парадоксальный закон: чем ниже цена, тем больше придется потратить времени на работу.
Со временем, когда заказы потеряли определяющую важность в бюджете, я стал ради шутки делать надбавки “за глупость”, “за скучную задачу”, “за то, что мне не хочется этого делать”.
В этом торговом обмене меня всегда смущало отсутствие разговора о собственно работе. Сроки и деньги всегда стояли на первом месте, дальше шел разговор о том, что любит клиент и как попасть в его ожидания, дальше оговаривался объем комментариев.
Всего пару раз мы обсуждали, каких изменений в бизнесе мы можем достичь. Между строк читался скорее глагол “развести”, чем “помочь”.
В принципе, откуда ноги растут, понятно: агентская модель предполагает продажу услуг, и задача менеджера — затолкать их в клиентский вишлист любой ценой. А клиент часто видит свою задачу в том, чтобы заплатить за это заталкивание минимальную цену.
В результате за соревнованием, кто кого больше обует, забывают, что изначально нужны, чтобы помогать бизнесу и решать маркетинговые задачи. Остаётся лишь имитация деятельности и тех, и других. Как каннские благотворительные digital-кампании первой волны, которые с помощью лайков в фейсбуке боролись с голодом в Сомали. Вроде по цифрам все красиво, а на выходе только шум.
В общем, если об этом много размышлять, быстро выгораешь: глаза гаснут, руки опускаются, а ноги несут к выходу, особенно когда острой жизненной необходимости в деньгах нет.
Поэтому как только подруга предложила придумать название ее новому проекту, я машинально принялся сочинять отмазку про нехватку времени.
Но чем дольше слушал её, тем отчётливее понимал, что хочу помочь. А ещё думал о том, что не так часто выпадает возможность работать без холодного расчета, взаимных манипуляций и игры в “кто кого убедит”, искренне доверяя партнёру.
Проект быстро получил название, и теперь я переживаю за него, как за свой. Оказалось, что есть немало вещей и контактов помимо нейминга, которыми я могу помочь, — просто потому, что уверен: мою помощь оценят по достоинству. Мне нравилось наблюдать, как подруга удивляется, раз за разом не натыкаясь на привычные “острые палки” и препятствия: ограничения по времени, незаинтересованность, лень, отсутствие мотивации или четких ответов.
Мне по-прежнему нравится работать в условиях “финансовой неопределенности”, оставляя деньги за бортом обсуждений и фокусируясь на результатах и способах их достижения. Наверное, так в идеале и должно выглядеть эффективное сотрудничество.
Но рано или поздно разговор зайдет о деньгах. И я этого очень боюсь, потому что не могу придумать модель сотрудничества, которая сохраняла бы мотивацию искренней помощи и доверия, но не исключала бы компенсацию. А что бы вы предложили?