Статья 28. Часть первая. Софистика. - здесь
Часть вторая. Наука. - здесь
Есть истина (правда) и ложь. Истина имеет свою норму реакции – свой диапазон точности («отрезок»). Это «золотая середина». Правый и левый уклоны от границ этого «отрезка» - ложь.
Ложь – это свойство живой природы вводить в заблуждение. Например, цветки орхидей бывают похожи на самок насекомых определенных видов которые таким образом являются единственными опылителями. Цветки кирказона пахнут гниющим мясом, чем для опыления привлекают мух. Кориандр пахнет клопами, болиголов – мышами. Эти запахи отпугивают от них травоядных животных. Некоторые бабочки схожи с сухими листьями (причем, они движутся по спирали, наподобие падающих листьев); гусеницы пядениц похожи на ветки – это уменьшает их риск быть съеденными.
Защищенные от хищника (например, ядовитым жалом) имеют предостерегающую или угрожающую окраску и форму – под это подделываются животные-имитаторы (например, мухи журчалки имитируют пчел и шмелей). Эта ложь называется мимикрией. Она несет в себе приспособительную цель в борьбе за существование. Такая ложь понятна и ситуационно оправдана. Она направлена на здравый смысл.
Как и человеческая ложь, когда жена онкологического больного говорит: «Милый, у тебя просто язва желудка». Этим она дарит надежду и желание бороться, а также не омрачает последние его дни. Когда муж-бабник с невинным праведным взглядом утверждает, что был у Ивана (а не у Люси в постели). Когда школьник, прогулявший контрольную, говорит учителю, что он тогда болел. Когда карманник клянется, что кошелек он не своровал у этой женщины, а поднял с земли и даже хотел вернуть владельцу.
Хороша такая ложь или плоха, но она логична и направлена на самосохранение. Это нормальная здоровая ложь (только чаще глупая и коварная). Патологическая же ложь всегда идет против здравого смысла, против себя. Это не медицинская проблема – она педагогическая, и лучше всего разрешается в лагерях особо строгого режима. Самой же распространенной разновидностью такой лжи является истерия.
PS: педагогика отличается в корне от медицины; педагогика прививает недостающее, а медицина убирает лишнее.
«И в краткости своей, и в простоте,
В своей любви (и ненависти тоже)
Ложь отличается от правды тем,
Что СЛИШКОМ ЯВНО на нее похожа».
Ее тень падает от мнимого света. Ее блеск – как от мыльного пузыря. Она повсюду. Она одевается в маски. Она катается верхом на дураках и слабых. Она питается вашей кровью и пьет ваши силы. Прячась за чужими спинами, она идет по головам. Она – выскочка. Она – ваш враг внутри и вокруг. Ее имя – ЛОЖЬ. Ее имя – ИСТЕРИЯ.
Название «истерия» произошло от латинского «гистера» - матка. Это название дано в древности в связи с тем, что выраженные истерические припадки возникали у молодых женщин, страдающих «бешенством матки» - половой ненасытностью или недостатком полового удовлетворения. Это «заболевание» считалось то святым (псевдобеременность – «непорочное зачатие»), то греховным («одержимость Дьяволом»). Собирались многочисленные, поражающие своим разнообразием, факты об истерических состояниях.
Несмотря на это многообразие, в них проскальзывало нечто общее. И не только в матке было дело, ибо среди истериков встречались и мужчины, не имеющие «этого зверя». Да, матка долгое время считалась живым существом, которое могло передвигаться по брюшной полости и даже выползать за ее границы, например, в грудную клетку. Тогда появля-сь «грудная жаба», как раньше называли стенокардию. Ко второй половине девятнадцатого века сведений об истерии накопилось очень много, человечество резко выскочило вперед с помощью Дарвина, Менделеева и прочих ученых мужей.
И возникли естественные предпосылки для систематизации накопленных фактов, начались робкие попытки найти ту основу, которая интуитивно позволяла объединить всех истериков и истеричек. И множество светлых голов погрузилось во тьму этой бездны. Сиденгам назвал истерию «хамелеоном, который беспрестанно меняет свои цвета». Шарко – «великой симулянткой». Знаменитый русский психиатр Ганнушкин выделил главные черты истериков: во что бы то ни стало обратить на себя внимание окружающих и отсутствие объективной правды как по отношению к другим, так и к себе. А также – искажение реальных отношений. Джарсперс считал, что истеричкам характерно прежде всего «казаться больше, чем на самом деле».
Продолжение читаем здесь.
Подписывайтесь на журнал "От верховной жрицы" и становитесь лучше, моложе, здоровее!
Знакомство с автором - здесь