Мне всегда было интересно узнавать, что толкает конкретного человека к искусству, творчеству. Каждый раз знакомясь с биографией какого-нибудь известного мастера, ремесленника, художника, стеклодува, понимаешь, что для каждого человека причиной этого толчка является что-то своё, собственное, уникальное сочетание факторов.
По-видимому именно в этом кроется величайшая тайна творчества - его не загонишь в жесткие рамки логики, оно настолько безгранично, что вывести формулу творчества просто невозможно. Поэтому если человеку суждено стать творцом, то он им станет в любом случае, даже вопреки всему.
Я знаю историю одного очень хорошего человека, который будучи моряком, 20 лет бороздив океанские просторы, однажды, от нечего делать, зашёл в рижский музей изобразительных искусств на выставку (как он выразился) "страшных морд". Это была экспозиция картин Сальвадора Дали. Он пробыл там 6 часов, после чего отправился не в порт, нет, а в магазин товаров для художников. Купил краски, кисточки и холсты. На следующий день он написал две вещи: увольнительную и свою первую картину. Сейчас он известный художник, но про него я расскажу когда-нибудь потом.
А сегодня мы познакомимся вот с этим человеком:
Несколько дней назад этому человеку исполнилось 73 года, он - один из известнейших мастеров фьюзинга современности, а зовут его Мел Мунсен.
Мел Мунсен родился в городе Сан-Диего (США) в 1946 году. Стеклодувному ремеслу он учился на дневном отделении университета г. Портленд (штат Орегон), в 1969 году его окончил со степенью бакалавра, после чего отправляется в Канаду и там организует стеклодувную мастерскую. Все преподаватели, коллеги, поклонники прочили ему блестящую карьеру, быстрый взлёт и много денег.
А вот не срослось.
Просто не пошло.
От слова совсем.
Заказов практически не было, денег не хватало даже на оплату коммунальных услуг. И в 1975 году он закрывает мастерскую на замок и становится продавцом элитных изделий из стекла и керамики.
И торговал этими вещами настолько успешно, что оборот его компании исчислялся несколькими миллионами долларов. Но, представляете, как обидно было человеку продавать то, что не получилось у него самого.
День за днём, год за годом продавать шедевры других мастеров, а его собственная мастерская пылилась и ветшала под замком. Но всё изменилось в 1993 году, когда Мела пригласили на небольшое стеклодувное производство посмотреть, как спекают стекло по новой технологии - фьюзинг.
Мел принял приглашение и пришёл на завод. На его глазах мастер выпекал стеклянный блин из множества мелких кусочков, гнул его в специальной форме и под воздействием высочайшей температуры блин становился прекрасной вазой.
Он стоял и смотрел...
Нервно сжимал поручень...
А по его щекам катились слёзы.
Этот день стал последним днём его работы в качестве торговца антиквариатом.
Он обрубил все дела, все заказы и контракты, выплатил огромные неустойки, но уже на следующий день с дверей его мастерской в Канаде был снят замок.
Три долгих года он постигал азы фьюзинга, жил впроголодь, все деньги уходили на мастерскую, на стекло. И только на третий год он сделал первую продажу: его ваза была куплена одной из галерей.
И что дальше?
Он распахнул пинком дверь на олимп мастеров стеклоделия, чьи изделия продавал раньше, улыбнулся и спокойно сказал:
- Подвиньтесь!
Сегодня ему 73, он всё еще занимается любимым стеклом. В его активе все национальные галереи современного искусства, все музеи США и Европы. Но при этом он не стремится делать огромные инсталляции, не рвётся расписывать свои достижения в газетах и журналах. У нет нет профиля на фейсбуке или в инстаграме.
Он вообще не публичный человек.
Но каждую неделю стены его мастерской покидает одна ваза, стоимостью несколько десятков тысяч долларов, которая уже заранее выкуплена какой-нибудь галереей современного искусства или музеем.
Он творит.
Он востребован.
А большего ему и не надо.