В минуты опасности Марина группировалась. Ее мозг, визжа и рассыпая снопы искр на поворотах, генерировал один вариант, как помочь Никите, за другим. «Надо достать деньги. Восемь миллионов – не кот начхал. Еще адвокаты понадобятся. Юристы. Взятки в ментовку. Снова деньги. Где? У кого занять?» - мысленным взором она бегала по записям в телефонной книжке. «Как в той сказке: у этого брала, у этого тоже брала. Этот не дал. И просить бесполезно. Хотя… Занимать на спасение бизнеса – это одна история, а на вызволить мальчика из тюрьмы – совсем другая!
Стоп. Начать надо с Маркуши. Только не Наташку просить с ним поговорить, а самой. Для него это не сумма, а дети - святое! Да. Трезво, четко, без эмоций, со сроками возврата.» - Тут мозг немножко струхнул. Потому что он не очень понимал, как, собственно, отдавать будем. В Москве по-прежнему висел непогашенный кредит. Но, Марина, дала ему увесистого пинка: «Мы попросим мою зарплату вперед!» «Насколько долго вперед?» - робко поинтересовался мозг, но Марина уже его не слушала. Она бежала за детьми в школу, а потом домой, к Маркуше, уверенная, что все получится.
«Девять. Пора. Маркуша сказал, что как раз к этому времени освободится. Какое счастье, что Наташка умотала с подружками в какую-то пафосную едальню», - думала Марина, поднимаясь на третий этаж в кабинет Марка. Дети давно уже спали. Прислуга разошлась по своим комнатам. В доме было тихо и сумрачно.
- Какая же ты сука, Игнатьева! – встретил Марину гайморитный наташкин визг, едва она открыла дверь.
- Наташка? Что ты здесь делаешь?
- А что ты здесь делаешь, позволь тебя спросить?
- Мы с Марком договорились встретиться. По делу. Никита мой вляпался в очередной раз. Я хотела…
- Опять своей семейкой прикрываешься? Лещинского у меня увела, теперь Марка хочешь? Не позволю.
- Андрея? А он-то здесь каким боком?
- А таким. Это я в него первая влюбилась. Я. А ты ему голову заморочила, а потом бросила. Он из-за тебя в Лондон не поехал. Ты ему всю карьеру сломала.
- Наверное, не очень корректно говорить о сломанной карьере хозяина крупнейшей в России медиа-компании. Наташ, давай поговорим спокойно. Я знать не знала, что ты пылала такой страстью к Лещинскому. Какие у вас могли быть общие интересы? Ты и познакомилась-то с ним у меня на какой-то тусовке. Помнишь?
- Ну да, ты же и представить себе не можешь, что мужику помимо ваших высокоинтеллектуальных разговоров может быть нужно что-то еще. Ласка, к примеру. Забота.
- Наташа! Андрей – единственный мужчина, которого я любила. Я даже была готова купить стиральную машину, чтобы она стирала его носки, а это очень о многом говорит. Ну да, в Лондон не поехала, у меня брат с Никиткой на руках были. И мне как-то не приходило в голову, что женившись на мне, он должен взять на содержание еще и их. Ну все, успокиваемся, подруга. Ты перебрала, мне кажется, в своем ресторане. Давай сделаем вид, что этого разговора не было.
- А ты знаешь, Марина, что он чуть не спился, узнав о твоем аборте?
- Ты ему рассказала?
- Ну, конечно, я ему рассказала. Думала, одумается, забудет тебя, суку такую. В общем, ты уволена Игнатьева. Вещи я твои собрала, возьмешь у ворот. Адьос!
- Ты же шутишь сейчас, да? Наташ, ты, правда, пьяна. Лещинского приплела. Марка ревнуешь. Завтра тебе будет стыдно за все за это.
- Вон отсюда или я позову охрану. И не жди, что я заплачу тебе за последний месяц.
***
Марина еле доплелась до ингиного магазинчика. Нервное напряжение давало о себе знать. Еще этот чемодан дурацкий.
На крыльце она с изумлением обнаружила саму Ингу, мирно дремавшую на крыльце в объятиях Джона, который, мгновенно учуяв Марину, сладко потянулся, едва не свалив хозяйку со ступеньки.
- Привет, Мэри!
- Только не говори, что вы меня тут дожидались, а не любовались на луну в облаках в три часа ночи.
- Джон сказал, что ты пыталась зайти днем, очень нервничала и, наверное, вернешься ближе к полуночи, - зевнула Инга. – Заходи, будем кофе пить. Чемодан занеси в кладовку.
Вся история о посудомойке:
Часть 1
Часть 2
Моя новая книга здесь: https://ridero.ru/books/kandidatskaya_dlya_posudomoiki