В квартире, в которой жили мои родители, давно поселилась тишина. Потому что папа умер, а маму забрал старший брат. Кроме тишины здесь жили старые вещи, которые помнили меня и братьев молодыми.Я приехала, чтобы забрать то, что дорого. Так мне сказала мама. Квартира все равно продается. Старые вещи разберут соседи. Пока же я должна решить, что оставить себе на память.
Возвращаться туда, где каждая вещь, каждая мелочь напоминает о детстве - это всегда испытание. Тем более, что тебя сегодняшнего там совсем нет. Это кто-то другой, но почему-то помнящий, как был отбит носик у любимого бабушкиного кувшина, почему на маминой кастрюле две полоски от ржавого гвоздя, по какой причине нужно вставлять тряпочку, чтобы холодильник плотно закрывал дверь.
Мелочи. И каждая откликается тоской и болью.
По прошедшему.
Вышла на балкон. Там старый бабушкин сундук с письмами и открытками, которые мы писали много лет друг другу. Это сейчас странно, а еще 20 лет назад к каждому празднику подписывались открытки людям, которые тебе дороги. И писались неспешные письма, где перечислялись наши беды, радости, огорчения.
Вот такой сундук полный писем я и открыла на балконе моей мамы.
Удивительно, но здесь сохранились даже мои поздравления родителям, когда я была школьницей. Я уезжала на соревнования и посылала им открытки. Такой смешной почерк. Студенческих писем здесь вообще связки. Почерк уже совсем другой. Оказывается, что писала я домой очень даже часто.
Внизу сундука мои юношеские дневники. Мне казалось, что я их выбросила. Надо же. Живые. Даже читать страшно.
Так все наивно, глупо, по-детски.
Неожиданно из блокнота выпал листок свернутый квадратиком.
Машинально развернула.
"Сергей! Я не хочу жить.
Я люблю тебя. А ты меня предал. Не знаю, поймешь ли ты меня, но я не могу простить тебе измены.
Ты очень хороший. Добрый. Хотя и хочешь казаться таким серьезным и иногда грубым. Ты меня ни разу не обидел. Ни разу. А я могла тебя даже ударить по лицу. Ты терпел и молчал. Только целовал меня больнее, чем раньше. Я знаю, она тебя старше. Она дала тебе то, что я не могу тебе дать.
Пока не могу.
Мне очень обидно. Очень. Мне не хочется жить, потому что два года ты был тем, кому я верила и с кем я хотела связать мою жизнь.
Ты прочтешь эту записку, когда меня уже здесь не будет. Никогда.
И в этом виноват только ты. Или я сама, которая не хочет и не может тебя простить"
Мне стало жарко. У меня на лбу выступила испарина.
Откуда у мамы, точнее в ее сундуке эта записка?
Ведь такое было. Я и правда очень переживала, когда моя первая любовь, когда я уехала в спортивный лагерь, стал встречаться со взрослой женщиной, потому что они оба хотели секса.
Я ему не простила. Уехала поступать в институт и наши дороги разошлись.
Навсегда.
Меня спас в то время мой знакомый, который, оказывается, был в меня влюблен, но никогда об этом не говорил. Он просто начал меня в полном смысле пасти. Не давал оставаться одной, везде сопровождал, то есть всегда был рядом. Нет, нет, он не стал моей новой любовью, но другом стал точно.
Того Сергея давно уже нет. Про друга ничего не знаю.
И вот такое напоминание о тех днях.
Я долго сидела на сундуке с зажатой в руке запиской.
Вся юность пробежала перед глазами.
Какой же я была наивной, смешной, чистой...
И видела ли эту записку мама? Или она просто осталась в моем дневнике?
Нет ответа.
Я уезжала из родного города с маленьким чемоданчиком. Там лежали папина старая бритва, его очки с замотанной изолентой дужкой и большой пакет со старыми письмами и открытками. И, конечно, с моими юношескими дневниками, в один из которых я вновь положила свою записку, которая к счастью не стала моим посмертным письмом. А осталась лишь как память об юности и первой горькой любви.
Может быть, когда-нибудь я покажу ее внучке. Если она спросит меня про мою первую любовь..
Хотите еще почитать мои истории?
Они очень честные. И мне до сих пор больно:-(
Мой брат не пошел хоронить тетю Катю. Не смог. Не простил.
Он мой сын. Но жить со мной не будет
Душевного Вам чтения!