Энэ-бенэ, рики-факи,
Турба-урба сентебряки,
Эус, деус, краснодеус,
Бац! Откуда взялся текст этой считалочки? Если ниоткуда, просто дети бормочут первое, что приходит в голову, то почему он существует много десятков лет в почти неизменном виде? Чуткое ухо филолога Ильи Нахамсона уловило в нём следы латыни. Вот латинский стишок о том, как Эней построил город на берегу Тибра: Aeneas bene rem publicam facit,
In turba urbem sene Tiberi jacit.
Deus, deus, crassus deus,
Bacchus! Корявый язык стишка (перепутаны времена глаголов) и упоминание покровителя пьяниц – «толстого Бахуса» (crassus deus Bacchus) позволяет предположить, что его сочинили зубрившие латынь бурсаки или студенты. Ну а дальше с ним произошло то же, что «красавицей Икуку» или припевом «полклопа, полклопа, почему бы нет». Загадка детских считалочек давно не даёт покоя учёным. Так лингвист Владимир Орёл считал, что «эне, бене, раба» может происходить от средневекового немецкого зачина «Enige benige», использовавшегося при игр