Вам знакомо выражение разводить антимонии? Тогда вы наверняка знаете, что оно означает долгие, нудные и многословные рассуждения. Болтовню ради самой болтовни, собственно. А почему мы стали так говорить?
О, у этого выражения очень интересная история. Одни толкователи связывают "антимонии" с Парацельсом. Другие - с монахами-бенедиктинцами.
В прежние, далекие-предалекие времена, антимонией называли сурьму. Если верить химикам (а я им верю, потому что сама в химии мало что понимаю), то это такой таинственный полуметалл, который является необходимым компонентом свинцовых сплавов. А еще сурьма токсична. Если ее содержание в человеческом организме превышает допустимые показатели, то гражданину становится худо. В общем, ложками сурьму есть нельзя - опасно. При этом в прежние времена сурьму активно использовали в медицине.
Говорят, великий Парацельс рекомендовал ее страждущим в качестве рвотного средства. И аптекари в Европе неплохо так на этом деле наживались. Настолько неплохо, что, когда во Франции в середине 16 века сурьму все-таки запретили продавать в качестве лекарства, разорившиеся фармацевты подали в суд, дабы запрет отменить и снова богатеть, как и прежде. По преданию, суд этот длился сто лет. Знатная была тяжба! Тогда-то, вероятно, словосочетание разводить антимонии и получило значение долго и нужно толочь воду в ступе, обсуждая каждую мелочь.
А саму сурьму называли антимонией (или антимонием, тут мнения расходятся), потому что в 18 веке не менее великий Лавуазье включил ее в список химических элементов под этим странным именем, в переводе означающем против монахов.
Казалось бы, при чем тут монахи? Все дело в том, что к сурьме это имечко приклеилось еще в 15 веке, когда настоятель одного из германских монастырей решил попотчевать ею своих монахов. Обладая пытливым умом, сей священнослужитель заметил, что в монастырском свинарнике хрюшки охотно поедают сурьму и растут на ней, как на дрожжах, - становятся гладкими такими, упитанными. Глянул он на своих тощих монахов и решил, что им тоже сурьма не повредит. Хотел доброе дело сделать, а получилось наоборот. Как уверяет уважаемый М.И. Михельсон, "те (то есть монахи) после употребления сурьмы поголовно умирали, что дало повод назвать сурьму antimoine, т.е. против монахов". Якобы с тех пор и начались долгие споры о пользе и вреде сурьмы - целый век ученые мужи "разводили антимонии", чтобы прийти к согласию.
Ну и давайте уже, раз речь зашла, немного о том неудачливом настоятеле поговорим. Звали его Василий Валентин, и был он довольно известен. Да и сейчас некоторые о нем знают) Он был не просто монах, настоятель, а еще и алхимик. Увлекался, знаете ли, опытами разными, искал философский камень. При помощи сурьмы, кстати, он золото очищал. И в малых дозах применял ее как лекарство, да. И из-за лечебных и "очистительных" свойств сурьмы сделал вывод, что лечение - это облагораживание организма. Говорят даже, что Василий Валентин чуть ли не первым пришел к выводу, что некоторые вещества могут быть одновременно и ядом, и лекарством.