Лунная дорожка пролегла от окна с кроваво-красными шторами к прелестной дубовой кровати. В кровати, как в спичечном коробке, лежал старик с болезненным лицом, худой как спичка. Рядом с ним на табурете сидел некто, незваный гость, его лисьи глазки бегали то по старику, то по своей рапире, лежавшей на коленках.
«Надо же, – подумал Гость, – Выглядит как мертвец, даже хуже, а все еще жив».
Наследников собралось великое множество, и они уже давно все между собой поделили. Однако есть проблема: старик не спешил умирать.
Старик проснулся и повернул голову, чего Гость никак не ожидал. Он крепко схватился за рукоять и натянулся, как струнка. Старик молвил совершенно спокойно:
– Тебя мои родственнички подослали? Не волнуйся, я не буду бить тревогу, если вся моя родня и так знает, что ты здесь. Ну что, пришел прикончить меня?
Гость кивнул.
– Если мои любимые сыновья и дочери так считают, видимо, пора. Похоже, я действительно зажился на этом свете. Но можно я попрошу тебя об одной услуге? Расскажи мне сказку перед смертью, обожаю сказки, передающиеся из уст в уста, от простолюдина к простолюдину. Знаешь что-нибудь подобное?
Конечно, церемониться с целью настолько долго совсем не профессионально и непривычно для Гостя, но он сжалился и вспомнил прекрасную сказку, которая ему очень нравится. Он решил рассказать ее перед тем, как прольется кровь Старика.
– Ладно, твое желание будет исполнено, – Гость говорил осторожно, боясь собственного голоса, – Буду говорить быстро и без повторений, слушай и запоминай…
Неизвестно как, неизвестно где и неизвестно когда основали люди Каменный город среди голых скал, люди, чьи имена не сохранились до наших времен. Однажды в каменном городе появился очень амбициозный правитель, он мечтал превратить Каменный город в чудо света, место, что переживет все другие города и даже быстрые горные реки, разрезающие горную породу, и обретет незыблемую славу. Такую славу, чтобы в каждом уголке мира знали о городе, пережившем время.
Правитель города долгими ночами копался в своей голове и искал решение этой, казалось, непосильной задачи. И вот что он придумал: С рождения приписывать людям место жительства, род занятий, супруга или же супругу. Если тебя с рождения записали как каменщика с улицы Сверчков, то ты до конца жизни им и останешься. Избежать предписанной судьбы пытались, но были строго наказаны. Правитель считал, что ключ к славе и процветанию лежит в порядке, в идеально отлаженной работе без лишних примесей, что Каменный город должен работать как механизм.
Так тянулись года и тысячи исписанных страниц с начертанной на ней судьбой десятков тысяч людей канули в лету. Люди работали на благо города, он процветал, но лица жителей становились серыми, безжизненными и печальными.
Однажды до ушей правителя дошло, что подданные тайком называют его тираном. И оскорбился Тиран, ведь он дал им дом, достойный богов, а они оскорбляют его чувства! А новая кличка, тем не менее, прилипла к нему, как муха к навозной куче.
Тирана не любили, но жизнь в городе протекала по воле его пера. Так было, пока в городе не появилась бедная странница из далеких земель, одетая в лохмотья, такая яркая, красивая, жизнелюбивая, не похожая ни на кого в городе. Странница была в городе не раз, но таким застала его впервые: кругом тоска и серость, выщербленная в камне. Она пыталась достучаться до горожан, говорила на общем с ними языке, но они все равно ее не понимали. Народ Каменного города не знал больше «свободы», «выбора», «личности» и других прекрасных слов, и то, что они означают. Странница возмутилась до глубины души. Она подошла к воротам замка Тирана и стала кричать, оскорбляя его на всех известных языках.
Тиран был затворником, он предпочитал полоскаться в ванной с уточкой, а бродить по монотонным улицам своего возлюбленного города он избегал. Но такие ужасные оскорбления, донесшиеся из окна, не могли остаться без его внимания.
Он вышел со своей свитой, схватил Странницу, обвинил ее в колдовстве и решил повесить. Народ смотрел, как приговор приводят в исполнение. Как милую шейку опутывает петля. Она хотела их всех спасти, но они не знали, куда выведет ее свет. Перед смертью Странница продолжала взывать народ, и речи ее были воодушевляющими и теплыми. Все ждали, когда объявится герой и спасет ее, а затем бросит вызов Тирану. По секрету, каждый из толпы хотел стать этим героем, но никто ничего не делал. Ведь ни у кого в удостоверении личности не было написано «герой» в графе «род занятий».
Перед тем, как петля сломала Страннице шею, она впала в отчаяние. Она прокляла Каменный город и всех его жителей. Они стали големами, а их сердца сковал камень. Сотни тысяч сердец остановилось в тот миг, и забились, как одно, в такт сердцу Железного Тирана.
Говорят, Каменный город существует до сих пор, работает, как часы, производит блага, которые не может использовать в полной мере. Слыхал даже пару историй про осаду каменного города, но ни одна попытка не увенчалась успехом. Действительно, Каменный город прославился. Прославился, как место, которое стоит обходить стороной…
Старик засмеялся, тихо и хрипло, а потом закашлялся. Он долго продирал горло, а затем повернул слезящиеся глаза на Гостя и сказал:
– Великолепная история, просто лучшее, что я слышал в своей жизни. Все на высоте, и манера повествования, и концовка, просто чудо! Вы прекрасный рассказчик, мистер убийца. Но, своей старческой головой я все же не уловил смысл сказки.
– Смысл?
– Да, у каждой сказки есть скрытый смысл. Ни одна история не придумывается просто так, ведь тогда это не история, а пустышка, вы согласны со мной? – Старик выдержал паузу, но ответа не последовало, – Так в чем смысл этой сказки?
Гость задумался о смысле сказки, однако не мог его найти. Ему стало обидно, что его старания назвали пустышкой, хоть и неумышленно. Он вернулся к мысли о том, зачем сюда пришел.
– Да иди ты в жопу со своим смыслом…
Одно резкое движение, за которым не последовало ни звука, ни крика, и Старик отправился в мир иной. Гость все еще переваривал последние события вечера, когда вылез из окна поместья во внутренний двор. Думал об этом, перемахивая через забор. Вышагивая по скрюченным улочкам, думал об одном. И в своем любимом трактире «Щетка полковника» тоже размышлял. Ломал голову лишь над одним вопросом: «В чем смысл?».