Эту музыку знают все, а постановок «Цирюльника» видано-перевидано столько, что сказать в нем что-то свое – очень непросто. Спектакль с Кубани и не стремится поразить невиданной новизной. Действие разворачивается в «условной старине», но для современного и не слишком въедливого восприятия – это все же скорее времена Бомарше. В нем полностью сохранены мотивы поведения и характеры героев – в этом он скрупулезно следует партитуре. На фоне общей радикализации режиссерского экспериментаторства краснодарский «Цирюльник» кажется образчиком традиционализма, ни в малой степени не отягощенным экстремальными фантазиями. Петербургский режиссер Николай Панин бережно слушает бессмертную музыку, разыгрывая тщательно и не без юмора комедию положений, каковой по прошествии лет стала социально заостренная пьеса времен вызревания Великой французской революции. Ведь сегодня, спустя более двух веков, острота общественной коллизии совершенно утрачена и произведение воспринимается как чисто комическая опера.
Небольшие новации все же есть. Механизмы, хитроумные приборы – ими наполнено художественное оформление спектакля (от петербургского сценографа Елены Олейник и видеохудожницы Татьяны Барановой). Причина их появления в спектакле проста – все происходит в доме доктора Бартоло: по версии постановщиков, дотошного ученого, увлеченного всевозможными техническими новинками и естественнонаучными опытами. Помимо техники – стеллажи с книгами, словно крепостные стены, ограничивающие мир ворчливого опекуна и держащие в заточении его воспитанницу. Правда, та также не лишена интереса к научным штудиям или, по крайней мере, ловко имитирует оный.
Пространственное решение спектакля также традиционно, но не лишено вкуса. Привычный балкон Розины в первой картине в мгновение ока оборачивается двускатной лестницей в покои второго этажа в доме Бартоло. Легкие декорации-планшеты искусно «состарены», оттого оперная Севилья кажется самой что ни на есть всамделишной, исторической. Изящество и комизм уживаются в костюмах героев – в огромном белоснежном парике фальшивого учителя музыки дона Алонсо, в котором он похож на королевского пуделя; в тореадорском «прикиде» Фигаро, намекающем на его харизматичность, лидерство в «разруливании» запутанной ситуации с тайным сватовством Альмавивы-Линдора; в розово-кукольном платье Розины – в нем она похожа на ожившую Барби. И все вместе герои напоминают утонченные фарфоровые статуэтки, вращающиеся в диковинном часовом механизме.
Несмотря на бешеную популярность в России, «Севильский цирюльник» по-прежнему крепкий орешек для исполнителей: являясь одной из вершин стиля бельканто, опера требует от певцов пиротехнической виртуозности. С этой задачей кубанский коллектив пока справляется лишь частично. Зачастую артистам не хватает легкости, технической свободы в выпевании сложных пассажей и украшений, колоратуры и скороговорки временами звучат тяжеловесно, что ставит под вопрос владение стилем композитора. Без искрометной эквилибристики в россиниевской музыке делать нечего.
Красивому и звонкому тенору Владиславу Емелину, скорее лирическому, нежели легкому, партия Альмавивы пока не далась, в особенности по части виртуозного пения. Там, где легато и кантилена, артист справляется в общем достойно, но его колоратурная техника оставляет желать лучшего. Владимир Кузнецов выходит слишком напористым Фигаро – звучит чрезвычайно громко и прямолинейно, что хорошо далеко не во всех фразах его партии. Наталья Бызеева интонирует не всегда точно, а ее нижний регистр звучит гулко и пустовато, хотя в целом она как раз виртуозным стилем Россини овладела лучше других – ее гибкое меццо справляется с заковыристой партией Розины. Удаются комические скороговорки Алексею Григорьеву (Бартоло). Владимир Гадалин исполняет Базилио скорее в легкой европейской, нежели в привычной нам увесистой русской стилистике. Маэстро Владислав Карклин хорошо держит темпоритм спектакля, ему удается обеспечить вихревую динамику. Однако оркестр театра не всегда справляется с задачами тонкого, изящного музицирования – досадные киксы нет-нет да и смазывают в целом приятную картину.
30 ноября 2017 г., "Играем с начала"