Был в моей педагогической деятельности этап работы в элитном детском клубе.
Отвечала я там за проведение мастер-классов, а основная специализация клуба была на дорогих детских праздниках.
Была у нас в клубе уборщица Люся, но ее вполне можно было принять и за генерального директора.
Дама она была фактурная, лет под пятьдесят.
Утром на работу Люся приходила в пиджаке, в макияже, в маникюре и с причёсочкой « волосок к волоску».
К слову о генеральной директрисе, когда она добегала до клуба через все городские пробки вид ее был гораздо менее презентабельный .
Вернёмся к нашей Люсе.
Как дама себя уважающая, она наливала себе чашечку чая и присаживалась к девочкам на ресепшене обсудить последние сплетни, а вот дальше начиналось самое интересное.
Любая попытка призвать Люсю к уборке или намекнуть ей, что в каком-то углу притаилась пыль, воспринималось ей как личное тяжкое оскорбление.
Чашечка тихо ставилась на блюдечко и Люся проникновенно спрашивала :
-Пыль ,за диванчиком в холле? За тем, красненьким. Это вы что же хотите сказать,что я там вчера не достаточно чисто протерла?
Все сотрудники клуба, кроме его владельца и генеральной директрисы, в этой части диалога начинали себя чувствовать очень виноватыми и просто жестокими по отношению к женщине, хотящей мирно испить чая.
Это была так сказать фигура первая.
Фигура вторая выглядела так.
Если все же уборка реально требовалась и на Люсю начинали давить, она пускала в ход тяжёлую матерную артиллерию.
Никогда не забуду своей первой встречи с ее словесной обороной.
У меня на мастер-классе ребёнок пролил на ковёр банку красного акрила . Акрил яркий, пятно огромное, ковёр недешёвый.
Я позвала Люсю со словами, что акрил у нас разлился и срочно нужно его убрать.
Посмотрев на меня внимательно Люся тихо уточнила.
— Что вы там пролили на ковёр? Ах, акриииил? Да ещё целую банку? И что я интересно должна теперь сделать?
Дальше голос обиженного сотрудника начинал звенеть, переливаться и тут внезапно начинался мат. По поводу краски, детей ,особо безруких педагогов не знающих где лежит тряпка и несправедливой жизни в целом.
Мы — люди творческие дюже нежные бываем к таким вот нецензурным тирадам.
Конечно же, ещё на первых повышенных аккордах, я заверила Люсю, что все уберу сама и даже кажется извинилась.
Через такую проверку с Люсей проходили все без исключения сотрудники клуба.
Добиться от неё, чтобы она просто взяла тряпку и пошла что-то убирать было нереально.
Слушалась она только генерального директора.
Та нашла к ней подход и умела правильно просить.
Поэтому все вопросы о внеплановых уборках реализовывались только через вышестоящее руководство.
У вас возникнет закономерный вопрос : зачем такого сотрудника держали и ответа я вам к сожалению не дам.
Ходили слухи, что генеральный директор ей доверяет, за что- то жалелеет и уж если Люська что- нибудь все же моет, то делает это идеально.