Много лет назад, в детстве, которое сейчас кажется удивительно далеким — другой жизнью — Девятое мая всегда начиналось одинаково: c огромных букетов перламутровой сирени. Эти букеты едва помещались в эмалированном ведре и, когда их доставали, капли воды еще долго не высыхали на стеблях.
Мы с братом, нагруженные этой сиренью, шли к памятнику солдатам Великой Отечественной Войны. Сейчас уже не помню, который из памятников выбирали родители… Но вот огромное количество цветов, что несли и несли — взрослые и подростки, старики и дети — как сейчас вижу.
Охапки сирени — белой, розоватой, фиолетовой — пеной лежали у подножия. Она перемежалась с тюльпанами, изредка — с гвоздиками.
Нас никто не заставлял нести цветы к памятникам. И родителей наших тоже никто не обязывал нас вести. И сотни других людей шли с цветами вовсе не по разнарядке, как сейчас утверждают, но потому что так было правильно. И понимание правильности это было не спущенное сверху, не навязанное. Оно просто было. Ведь как не гордиться Победой, буквально вырванной у истории такой громадно ценой? Как не поклониться людям, что сделали ее возможной?
Мы, дети, ревниво оглядывались по сторонам, разглядывая тех, кто шел рядом. И какая зависть накатывала, если вдруг видели других ребятишек в гимнастерках с ремнями (это было великолепно, ведь гимнастерка и ремень — совсем как у солдат!), или вот — в пилотках.
У некоторых девочек, помнится, через плечо висели белые сумки с красными крестами. Вкривь-вкось сшитые, крестики чаще всего были нарисованы краской. А они в них вышагивали гордо — ведь сумки были совсем как у взрослых, у тех, кто вытаскивал с поля боя раненых солдат.
Сейчас о детских костюмах, имитирующих форму солдат или полевых медсестер, много кричат — мол, приучают детей к тому, что агрессия, война, это нормально.
Неправда.
Дети, которые надевали гимнастерку или вот, сумку военной медсестры, они не мечтали завоевать весь мир. Они представляли себя на месте ЗАЩИТНИКОВ. Тех, кто сделал возможным каждый мирный мая после сорок пятого года…
Это нормально, быть готовым защищать свою страну, свой народ, свою семью. Пусть даже с оружием в руках.
Вы знаете, много лет спустя, уже взрослым человеком, я был в Хатыни. Деревенька, ставшая символом нечеловеческой жестокости — она до сих пор стоит, это теперь мемориальный комплекс. В Белоруссии пока что не стремятся переписать историю Великой Отечественной, ее чтят.
Печные трубы на местах, где раньше были дома. Таблички с именами взрослых и детей, что так и не дождались победы. Звон колокола, разносящийся надо всем этим.
Памятник… Это ведь не абстрактная фигура, люди. Это фигура единственного выжившего, кузнеца Иосифа Каминского, и он несет на руках тело своего сына.
Хатынь — место, в котором даже взрослые не могут сдержать слез. И мест таких много.
Когда-то мы, дети, как и все остальные, несли цветы к памятникам тех, кто не допустил, чтобы вся страна превратилась в одну огромную Хатынь. И гордились героями-защитниками.
Не надо эту гордость отнимать у современных ребятишек. Патриотизм и готовность защищать СВОЮ СТРАНУ — это не смешно, и не стыдно. Войну надо помнить. Хотя бы для того, чтобы больше ее не повторить.
С Праздником всех!