Советский и российский композитор Евгений Крылатов скончался на 86-м году жизни. Об этом сообщил ТАСС со ссылкой на дочь композитора.
Крылатов — автор музыки к кинолентам «Приключение Электроника», «Чародеи», мультфильмам «Умка», «Каникулы в Простоквашино» и ко многим другим.
Поэт Юрий Энтин в беседе с радио «Говорит Москва» назвал новость о кончине композитора Евгения Крылатова «абсолютно неожиданной».
«Эта новость была для меня абсолютно неожиданной. Я потрясен, поражен и убит. Я вернулся из отпуска, а до этого мы так весело с ним говорили, озорно. Я приехал вчера и сегодня собирался позвонить ему. Для меня Крылатов – это первый композитор, с которым у меня получилась известная песня, – «Вот оно какое, наше лето». Это 1968 год. А дальше мы стали сочинять очень много песен. Написали более 80 совместных композиций».
Плотное и долговременное сотрудничество Крылатова с поэтом Юрием Энтиным началось в 1971 году, когда на экраны вышло три фильма с музыкой Евгения Крылатова - "О любви", "Ох уж, эта Настя" и "Достояние Республики".
Началось оно с... конфликта. К тому времени Юрий Сергеевич был очень знаменитым, во многом благодаря работе над "Бременскими музыкантами". Так вот, Энтин написал текст песни к фильму «Ох, уж эта Настя», рассказывающем о девочке-фантазёрке.
Говорят, когда Крылатов проиграл Энтину свою мелодию, поэт неожиданно заявил: "Вы знаете, так сейчас не пишут. Вы испортили мои стихи". Справедливости ради надо отметить, что первоначальное исполнение «Лесного Оленя» действительно звучало очень академически.
Крылатов сильно расстроился. И пожаловался на непонимание режиссёру картины Юрию Победоносцеву. Тому музыка безумно понравилась. Согласилась с режиссёром и певица Аида Ведищева. Она сразу сказала: "Это настоящий шлягер!".
Когда Крылатов робко спросил: "А как же Энтин?", Ведищева решительно ответила: "А Энтин ничего не понимает!".
Энтин держал обиду на Крылатова до тех пор, пока не услышал на студии "Мелодии" окончательный вариант песни в аранжировке и исполнении Ведищевой. Тогда гении помирились и подружились на всю жизнь.
«У нас с ним случилось притяжение противоположностей. Правда, когда мы познакомились, его стезёй считался каламбур, остроумие, шутка. Лирика в нём пряталась где-то глубоко, он её стыдился. И вот, начиная с «Лесного оленя» я потихоньку стал вытягивать из Юрия лирическую поэзию. И он признал: в этом смысле мы нашли друг друга. Я открыл в нём этот клапан», - рассказывал позднее Е. Крылатов