Отечество и где его искать...
Отечество и где его искать...
(Истории и мысли из моей психологической практики)
– Не могу жить здесь! – зло, глядя мне в глаза, почти кричал он.
– Валенки, телогрейки… Овощи вокруг меня все!
Статный, красивый, высокомерный и уже не молодой, с хорошим интеллектом и брезгливым выражением лица, он нигде не задерживался надолго. Менял часто работу, женщин и место жительства.
Он как бы все время сидел на чемодане. Всё в его жизни носило временный характер. Он не женился, не обременял себя детьми имуществом, чтобы не опутывали ноги, не мешали уйти или уехать.
– Ну, а где лучше? - по-простому спрашивала я.
– За границей конечно! - уверенно, снисходительно, для «овощей» пояснял он, усиливая ухмылкой отвращение на лице.
– И чего не уезжаете, что мешает?
– Готовлюсь! - важно, вальяжно глубже в кресло усаживается он.
И странно и удивительно, и смутное чувство сожаления охватывает меня - так смотришь на огурец, завязь которого побил мороз и жалко, но все равно придется отрезать, чтобы не брал питательные соки у соседей, которые выжили и дали вот уже крепкие, налитые, вытянутые, шершавые, все в пупырышках плоды.
Часто на тренингах, в упражнениях, где требуется выбрать животное (идентифицироваться с ним), я выбираю – птиц. Явно завидуя тому, как парят они в плотном потоке воздуха, расширяя границы своего сознания, увеличивая ойкумену (с греч. «обитаемый мир») - внутреннюю и внешнюю.
Запрокинув голову, часто провожаю их долгим взглядом. Захваченная чувством свободы, легкости и грудь распирает от высоты. Смотреть на все свысока, когда даже очень большое будет казаться малым, например переживание. Разные запахи, собирающиеся клубами на верху, часто меняющиеся картинки и ощущения - кто же отказался бы…
– А какой край у них роднее? - спрашивает меня шестилетний Алеша, рассматривая репродукцию осени, тыча пальцем в перелетных птиц, - наш или дальние страны?
– Наш, - уверенно отвечаю я, - у них тут птенцы растут.
– Хорошо! - радостно прищуривается Алеша.
Хорошо - эхом звучит у меня в душе.
Вытряхивая воспоминания, возвращаясь мысленно в кабинет, после долгой паузы, спрашиваю:
– А какие у Вас отношения с отцом?
Его напыщенность стекает с лица на клетчатую рубаху, сменяясь растерянностью. Он как бы собирается весь, сгруппировавшись на краешке дивана, делаясь меньше ростом.
– Никакие! Нет и не было никогда! Да и какой он мне отец? Так, биология одна.
– Сколько вам было, когда он ушел? Как давно его не хватает?
– Да с чего вы взяли, что не хватает? Не нужен он мне! - почти кричит он, все так же зло. - Нет, не нужен!
И сквозь него начинает явно выглядывать мальчишка, который сквозь злые слезы обиды кричит это «нет», скрывая то самое, невысказанное, запретное «да», потому что…
Да мало ли почему, например, что бы маму не расстраивать.
– Да и причем здесь это? Вот вы лучше скажите, почему мне так в жизни не везет!
– Отец, Отче, Отечество! Слышите? Слова эти - про одно и тоже - поясняю я.
Конечно, нельзя игнорировать генетику, мы на 60-70% наследуем и только на 30-40 % приобретаем, и если продолжить арифметику, то на 30% мы мать, а на 30% - отец (это может варьироваться в разную сторону). Не познав его, мы не узнаем себя. Да, отрекаясь от него, мы презираем те 30, а то и больше % в себе.
Иногда это причина психосоматики - отвергаемая часть начинает болеть. А это могло быть нашим ресурсом, дополнить нас, сделать целостными.
– Да может он умер давно!
– Может… - грустно говорю я, присоединяясь чувствами к нему, так как тоже далеко не все знаю о своем отце. И все равно - нужно попробовать узнать хоть что-то о нем, а значит - и о себе. Я вспоминаю отца с благодарностью за те черты характера, которые в трудные минуты помогли мне справиться, не сломаться.
Тоска об отце, даже загнанная далеко внутрь, говорю я ему не исчезает никогда. И мы не перестаем искать его в окружающих, и, отчаявшись (это слово то же созвучно нашей теме), поднимаем глаза к небу, двигая губами, взываем моля:
– Оче наш еси на небеси… - из последней надежды, и обретаем его там - на небе…
– Вот при чем, – говоря я и перевожу взгляд на окно, привлеченная движением птицы.
Осень… Еще не зима, еще не поздно начать жить: обосноваться там (с отчимом), или здесь - в отечестве. Создать дом и жить по-настоящему, не откладывая, даже в 45 лет.
Он задумывается…
А я вспоминаю один из критериев результативной сессии – клиент должен задуматься.
Ну вот и хорошо, провожаю я его взглядом.
Успеет – думаю я, глядя на его целеустремлённую походку, – свить гнездо… Успеет до зимы…