Утро выдалось чудесным: свежие, едва распустившиеся лепестки колыхались в воздухе зеленой дымкой, разнося по микрорайону горьковатую сладость. Она проникала в квартиры, заползала под воротники и дразнила ноздри, за долгую зиму отвыкшие от запахов.
Фаня хрустела сушкой и жмурилась. Жизнь была хороша, и с каждым днем становилась еще лучше. Настя купила им с Кохой корм для жирных котиков, и они реализовали мечту всех российских баб: жрали за обе щеки и худели.
- У меня шкура болтается, - доложила ей Коха с набитым ртом.
- У меня тоже.
- У меня больше. Вон, можно в трубочку сворачивать.
- Пфффф… а у меня скоро можно будет узлом завязывать на пузе.
- Вы хотя бы себе не врите, - оборвала их Анфиса, - одна похудела на 15 грамм, а вторая – на 20 и все теперь, шкура им большая. Да на вас в голодный год Настя зиму прожить может. Кстати, Фаня, ты приготовилась?
- К чему?
- За тобой сегодня придут, так что ты нас покинешь.
Аппетит у Фани почему-то пропал.
Когда тебя отдают непонятно кому – это плохо. Это очень плохо. Но еще хуже были советы окружающих, от которых Фаня не знала куда деться.
- Ты там не подведи нас, не копай, как параноик, до трех утра.
- Фаня, авангардизм свой попридержи. Хотя бы до тех пор, пока к тебе не привыкнут.
- Мы будем очень по тебе скучать. На самом деле нет. Ты и так тут зажилась, пора тебе в самостоятельную жизнь.
- Все будет хорошо, не переживай, Фань. Аф-аф…
- Да как тут не переживать, когда меня отдают, словно вещь?!! – мать русского авангарда впервые ощутила на себе, каково это – не иметь права голоса в самых важных жизненных вещах.
- Фаня, вспомни, как ты говорила Витьку: «Надо разжать лапы».
- Да иди ты в жопу со своими лапами!
Остаток дня Фаня ходила по квартире и мысленно прощалась с каждой вещью. Ей хотелось плакать навзрыд, но Настя даже не смотрела в ее сторону. Вот так и отдаст ее первому встречному, словно и не было почти полутора лет совместной жизни. Не любит ее Настя, и никогда не любила. Как теперь жить…
Вечером пришла молоденькая девушка. Фаня сидела под диваном и боялась выйти – ей мучительно хотелось посмотреть на человека, от которого теперь будет зависеть ее жизнь, и было страшно. В то время как Коха уже успела мотануться, помурчать девушке, и вернулась очень довольная.
- У нее аллергия. И наполнитель она покупать не хочет.
- Как не хочет?
- А вот так. Денег нет. Так что копать тебе будет нечего, есть особо тоже – похудеешь намного эффективнее.
Фаня сглотнула комок и вжалась в щель между стеной и диваном.
- Да ты иди посмотри, себя покажи. Что ты сидишь, как бука? – Коха с Анфисой выпихивали Фаню на свет божий, а та упиралась изо всех сил. Прятала голову, и из-под дивана торчала только лохматая попа.
- Вот такая она у меня… - раздался сверху Настин голос, - особенная. Я бы даже сказала, альтернативно одаренная.
Что?
- Кошечка сложная, сразу предупреждаю. Мыслит авангардно, страдает обсессивно-компульсивным расстройством, что для творческой личности, впрочем, неудивительно… Проблески адекватности у нее бывают, конечно, но нечасто – критику не переносит от слова совсем, впадает в истерику и буйство. Пух с нее сыпется, как под дождем, она постоянно строит инсталляции из всякой хрени и копает каждую ночь до четырех утра…
- …до четырех утра… - прошелестела потрясенная девушка.
- Сегодня до 4.20, если быть точной. А еще у нее очень непростой характер…
Офигевшая Фаня вылезла из-под дивана – под градом клеветы и поругания настоящий художник должен стоять прямо и не гнуться.
- Знаете, я это… пойду, наверное… рано мне еще кошечку…
Девушка раскланялась и быстренько убежала.
- Куда??? – возопила Фаня, - я не такая!!! Я нормальная!!!
- Да конечно нормальная, Фаня. – Настина ладонь опустилась ей на голову, - но кошечку ей и правда рано. А я тебя кому попало не отдам.
Если вам понравился рассказ, ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал – это помогает продвинуть мои публикации, чтобы люди их видели в ленте.