Теплое время года я провожу в деревне в Тульской области, на северной границе исторической Новороссии, среди дремучих, древних засечных лесов. Это - "первичный" массив, то есть лес, никогда ранее не бывший под пашней. Иногда его рубят (да и надо рубить, когда стареет), но никогда не распахивают.
Всем хороши былинные наши леса, запомнившие еще набеги крымских татар на коньках широкогрудых ; всем, кроме одного - грибов в них нет.
То есть как нет? Теоретически грибов полно, лес густо пронизан грибницами всех видов, какие только могут соседствовать с широколиственными деревьями. Практически - каждая грибница спит, как любимый город в синей дымке, напоминая о себе лишь раз в десятилетие. Однако реликтовые, первичные леса, служившие когда-то заслоном Руси от Дикого Поля, таят в себе что-то такое, что может быть даже ценнее грибов (высказывание, граничащее с ересью; впрочем, участники форума "Грибы Средней Полосы" это простят, ибо сами не без греха).
Вопреки расхожему мнению, черемша - это не дикий чеснок, а дикий лук, точнее, несколько видов дикорастущего лука. Растет в Центральной и Южной Европе, на Кавказе, в российском Черноземье. Черемша, произрастающая в Сибири, относится к другому виду, что ее совсем не портит.
Черемша. Жители Северного Кавказа и Восточной Сибири, где черемша - самый обыкновенный "дар леса", наряду с груздями и рыжиками, не поймут, что же здесь такого. Не поймут они и наших походов за черемшой в середине мая, когда она превращается в лопух и начинает расцветать большими, но невзрачными беленькими цветами. Знаете, как они ее собирают? Из-под снега, с промерзшей земли, когда ростки ее, не распустившиеся, напоминают молоденькие стрелки обыкновенного лука. Потом они ее обжаривают в масле и складывают впрок. Люди, испорченные изобилием.
Не то у нас. Редкие "черемшатники" посреди сырых липово-осиновых зарослей располагают к аккуратному сбору, а не к заготовкам; у каждого местного (включая дачников) есть в лесу заветная полянка, передающаяся от деда к внуку. Причем, как правило, с наказом, что "место это единственное", и появление там алчных заготовителей будет смерти подобно. (Что, впрочем, похоже на правду, учитывая варварские методы сбора черемши на продажу.) Тем не менее, забавно и поучительно видеть, как десять человек, живущих по соседству, берегут как зеницу ока единственную в лесу полянку черемши, причем она, единственная, у каждого своя.
Но, несмотря на то, что черемша в наших Засеках вовсе не такая редкость, как может показаться, аутсайдеру войти в число избранных трудно. Своих мест никто не сдаст, а самостоятельные поиски сильно ограничены во времени: в последней декаде апреля листья черемши совсем еще маленькие и "надо знать, где искать", а в середине мая, когда она превращается в лопухи и зацветает, подлесок выпускает листву и видимость в типичном для черемши биотопе приближается к нулю.
И всё же найти свою заветную полянку можно и даже не очень трудно. Об этом мы еще поговорим, если тема черемши вызовет у подписчиков интерес. А если интерес будет по-настоящему живым, я раскрою точные координаты большой черемшевой поляны в Веневском районе Тульской области. С удобным подходом, недалеко от трассы.
Вы, главное, подписывайтесь и оценивайте публикацию "собачкой". И продолжение точно последует.