Готовимся к летнему безделью и наводим капитальный порядок в доме к приезду дочери и маленькой внучки.
Разбираем кладовку, драим кухню, проветриваем шкафы, проводим ревизию и выбрасываем всё скопившееся за год ненужное барахло. А скопилось его немало: банки-склянки, пакеты, разная хурда-мурда, которую почему-то не выбрасываем сразу, а храним на черный день с глупой мыслью, а вдруг пригодятся именно эта веревочка, эта крышечка, эта тряпочка. Никогда ничего не пригождается, всё выбрасывается по весне раз в год, но и в новом году всё повторяется по старой привычке: жаба душит, плюшкинизм одолевает и нет с этим никакого сладу.
Разбираю я свои мусорные завалы и вот какие грустные мысли меня посетили. Когда мы уезжали из Питера в Крым на ПМЖ, решено было перевести всё по максимуму, чтобы не начинать жизнь на новом месте с поисков кастрюль, ложек-вилок, элементарной мебели. Тем более, что в Крыму нет Икеи, этой палочки-выручалочки переселенцев и новоселов.
Заказали контейнер для перевозки мебели плюс к этому свою машину забили под завязку ящиками с посудой, одеждой и прочим барахлом.
Когда грузили вещи в багажник, а он у нас вместительный (внедорожник), для двух коробок места не хватило. В этих коробках были тщательно упакованные мои цветы – орхидеи и кактусы. Орхидеи на праздники мне дарила дочь. Я их любила очень.
И вот стоим мы возле машины, грузимся и нужно решать, какие две коробки оставить – с хурдой-мурдой или с цветами. Я подумала, что на дворе крещенские морозы, ехать двое суток, всё равно цветы замерзнут. Но расставаться с цветами было так жалко. Всё-таки практицизм взял верх. Мы уехали, цветы остались погибать на морозе.
Осталась я без своих орхидей.
Бывают минуты, когда я, вспоминая свою питерскую жизнь, готова выбросить всё, лишь бы вернуть цветы, подаренные дочерью. Но ничего уже не вернешь и не изменишь. Питер там, а мы здесь.