В одну из наших поездок по Каме с нами произошла такая история… Но обо всем по порядку! Заехали как-то мы с мужем довольно далеко от города. В ту пору мы были молоды и частенько отправлялись путешествовать вдвоем. Третьей в нашей компании была овчарка Инга, умное и сильное животное. Речные поездки она обожала. Для нее это был, что называется, кайф, кстати, и для нас тоже. Вырваться за город после утомительной рабочей недели – что может быть лучше?
Настроение у нас было прекрасное. Погода и природа радовали. Высадившись на знакомый берег и примкнув лодку, мы, не мешкая, направились в лес. В тех местах он представляет собой почти чистый сосновый бор с вкраплениями лиственниц, елей и берез, чистый, величественный и живописный. Шли не спеша. То и дело попадались грибы, в основном белые. В лесу было тихо, спокойно и очень красиво. Правда, там водились медянки. Медянки – небольшие, темно-серые, с зеленоватым отливом змейки. Они любят греться на солнечных полянках, по которым мы как раз и бродили.
Говорят, для человека они не опасны, но, когда однажды такая змея укусила Ингу, нам пришлось выносить ее из леса на руках, так как сильное и молодое животное свалилось в полном смысле слова без сознания. Муж нес ее на плечах, как воротник. Пришла в себя она только часа через два. С тех пор змей мы побаивались. Поэтому, когда собака начала азартно рыскать из стороны в сторону, что-то вынюхивая, первая наша мысль была о змее. Мы позвали Ингу, но она так увлеклась своими поисками, что на зов не обратила внимания. А потом произошло что-то непонятное. Раздался странный шум, зашуршала трава, и собака с лаем унеслась куда-то.
Было слышно, как трещат сучья у нее под лапами. Шум то удалялся, то приближался, и вдруг наперерез нам выскочил из травы небольшой серый заяц. Он несколько раз пронесся зигзагами через тропинку, по которой мы шли, и выскочил на поляну… И тут Инга его догнала…
Надо сказать, что она была совершенно не злобная собака. Даже с кошкой из нашего подъезда, которая ее постоянно задирала, била по носу и однажды даже прыгнула ей на спину с какими-то своими зверскими целями, она вела себя очень спокойно и миролюбиво. Я не думаю, чтобы у нее была мысль убить и съесть этого несчастного зайца. Она его даже зубами не тронула – просто придавила лапами к земле. Я тут же подскочила и взяла зайца на руки. Какое-то время он спокойно сидел, глядя на нас, потом глаза у него закрылись, и он обмяк на моих руках, свесив лапки.
– Умер! – сказал муж. – Наверно, сердце у него разорвалось от страха. Говорят, с зайцами такое бывает. Потому их и называют трусливыми.
Мы положили зайца под куст. Он лежал неподвижно и казался таким жалким, что я не выдержала и заплакала. Инга сконфуженно стояла рядом. Погоревав над зайцем, мы пошли дальше, но от расстройства сбились с направления и не сразу это заметили. Пробродив какое-то время впустую по лесу, так как грибы вдруг перестали попадаться, мы поняли, что вернулись к тому самому месту, где оставили зайца. Но его, к нашему удивлению, там уже не было. Оставалось только гадать, утащил ли его какой-то зверь, или он пришел в себя и убежал… Хотелось верить в последнее.
Уже вечерело, когда мы вышли к лодке. Надо было возвращаться. При хорошей погоде на дорогу домой у нас уходило около 2,5-3 часов. Погрузив свои пожитки, мы столкнули лодку и завели мотор. Рулевым была я. Ветра не было, река была гладкой и сияла, как зеркало. Не знаю, почему, но мне вдруг захотелось проехать еще пару километров вниз по реке. Муж не возражал. Мы быстро набрали скорость, промчались эти километры, лихо развернулись и … мотор заглох. Такое у нас случалось исключительно редко, и если случалось, то муж обычно быстро устранял неполадки. Но на этот раз все было по-другому. Мотор, что называется, заклинило. Повлияла ли на него в качестве дурной приметы встреча с зайцем, или причина была в другом, но вернулись мы домой уже далеко под утро. Однако это уже другая история…