Второй раз вынужден был лететь на этом пепелаце. Впечатления чисто пассажирско-дилетантские.
Внешне вроде ничего — похоже на крупную модель боинга, или А319.
В салоне — хуже. Места как в 134, но с одной стороны прилеплен дополнительный ряд кресел, т.е. компоновка 2 _ 3. Сами кресла тоже как в «тушках»: сине-серая тряпочка, но если в «ТУ» она со временем превращалась в довольно удобный гамак, то тут ткань явно натянута на фанеру, занозы от которой ощущаются весь полёт через скудный слой поролона.
Понятно всё — экономия, удешевление. Но что мешало обратиться к шведам? Да, на креслах вместо теперешнего noname или буржуазного Recaro красовался бы гордый шильдик Ikea, зато было бы хотя бы удобно.
Поролон, видимо, весь ушёл на кресла, поэтому звукоизоляции никакой. Слышно всё в мельчайших подробностях: вот заскрежетал привод предкрылок и залязгали закрылки, вот какой-то насос что-то качает: видимо, топливо из левого крыла в правое. Газонокосилкой затарахтел автомат регулировки давления.
Такая слышимость очень грамотное и здравое техническое решение: позволяет сэкономить не только на поролоне, но и на всевозможных датчиках, а это, в свою очередь, упрощает конструкцию, снижает затраты на монтаж и обслуживание, добавляет надёжности, уменьшает вес, экономит дорогой сечинский керосин.
Система акустической сигнализации позволяет опытному лётчику безошибочно отслеживать параметры работы бортовых систем и определять возможные неполадки. Дёшево и сердито:
— Шасси вышли?
-Да, вроде, чёто ёбнуло…
Так по звуку пилот однозначно определяет готовность к посадке.
Полёт прошёл нормально. Проблема холода в салоне на первом этапе решалась пледами, потом, вроде как, прогрелась печка и включили обогрев. Дали бутерброд с кофе, предложили газетку. Интернета и розеток на борту нет — это, сами понимаете, в современном самолёте вещи ненужные, излишняя роскошь.
Снижались довольно лихо. Пикировали в облаках, облетая торчащие верхушки гор.
В какой-то момент слева громко заскрежетало что-то вращающееся и с лязгом остановилось. То ли перекосило лопатку турбины, то ли выпустили закрылок.
Сидевший через проход мужик громко выразил общее недоуменее пассажиров: «Это, блядь, что?»
Самолёт, между тем, сделал правый крен, потом свалился на левое крыло, при этом, благодаря отсутствию поролона, было слышно, как воздух свистит об обшивку борта. Облака проносились вверх, а горы стремительно приближались. Помня о военных корнях «суперджета» пассажиры приготовились к бомбометанию.
Кто-то, похоже, от переполнявшего восторга и гордости за отечественную авиацию выполнил его не дожидаясь команды, сбросив кирпичи мимо цели.
Выровнялись, гулкими раскатами железных листов отворились люки, с глухим стуком вывалились шасси.
Снизу мелькнули лес, кусты, дорога, забор, поле и зебра торца полосы…
«Аэрофлот» закупил 50 (пятьдесят) таких вот суперсовременных самолётов, собираются закупать ещё.
Зачем так много? Предполагается большой расход?
Надеюсь, что расход будет плановым и постепенным в виде запчастей для 5-10 изредка взлетающих, хорошо обслуженных машин…
