Этих девочек можно увидеть всюду – в парках, в кафе, просто на улице. Им от двух до семи. Вроде обычные девочки. Но наряжены и завиты так, что закрадываются нехорошие мысли: куда это мамы их готовят? А мамы просто думают: это красиво. Нарядить дочь по-взрослому, чуть ли не в декольте, сделать локоны как для красной дорожки, и еще ресницы подкрасить. «Пусть все восхищаются моей красавицей!».
Это, конечно, атас. Когда девочку превращают в дамочку. Такое может нарисовать только воображение извращенца, которому лучше бы сидеть в строгой изоляции. Но нет, сами мамы творят это собственными руками. Если спросить, что она себе думает, мамаша уверенно ответит: «Я хочу вырастить принцессу!».
Маман, да вам надо к психологу, или вообще психиатру. Наверно, маман, у вас было несчастное бедное детство, драные колготки и одно платье на выход, и теперь вы решились отыграться на дочери. «Моей крошке – всё самое лучшее!». Похвально, маман, но не сходите с ума. Не превращайте дочь в мечту извращенца. На это маман ответит: «Дочке нравится, и всё!». Тут уже стоит подробнее.
Маленьким девочкам очень нравятся «принцессные» наряды. Это хорошо, это правильно. У них идеал – принцессы из мультиков и детских фильмов. Только не надо путать с моделями, которые рассекают по подиуму в декольте, в туфлях и с клатчами. Эти наряды могут нравится мамам, но не крохотным девочкам. Девочкам нужны сказки, а не дольче с габбаной. И это большая разница.
Однажды я ехал в поезде, со мной в купе оказались мама и дочка, лет пяти. Девочка была в голубом платье героини из мультика «Холодное сердце». Я улыбнулся: «Здравствуй, принцесса!». Девочка величественно мне кивнула, а мама вздохнула: «Хотела ехать только так». Я ответил: «И нормально! Моя дочка такая же».
Но это игра. Тут нет ни капли от «дамочки», тут всё по-детски. Ничто не вызовет пакостных мыслей у не очень вменяемых граждан. Платье из мультика – детское. Девочка остается в своем мире, никто не вталкивает ее в мир нехороших взрослых.
Но есть и другая проблема – косметика. Да, любой девочке хочется накраситься, быть как мама. Детская косметика продается – нет проблем. Но попадаются безумные мамаши, которые считают, что пятилетняя девочка с помадой, румянами и накрашенными ресницами – обалдеть как красиво. Типа «мы обе сегодня такие классные!». Ведет дочку так в гости, в кино, на день рожденья к подружке. Плюс «вечернее платье». И это кошмар. Доктора маме! Или детского психолога, который внятно ей объяснит, что это нельзя. И даже не в извращенцах тут дело. Девочку выставляют на смех. Она же не принцесса ни фига, она просто выглядит довольно похабно.
Что делать с косметикой? На этот случай мне дала совет не кто-то, а Моника Белуччи. (Да, я несколько раз с ней общался.) Мы как-то с ней говорили о воспитании дочерей. Ее младшей, Леони, тогда как раз было четыре. И она очень любила смотреть, как мама красится, умоляла и ее чуть накрасить. Моника согласилась, чуть тронула помадой губы Леони. Та покрасовалась перед зеркалом, осталась страшно довольна. «А теперь надо стереть, мы идем на занятия», – сказала Моника. Дочка не спорила. Она уже получила желанный эффект, чего же еще?
Важна эта грань. Между домашней игрой и выходом в люди. Что дозволено дома – не дозволено в публичном пространстве. Дети это легко понимают. И принимают. А вот их мамы далеко не всегда.
Алексей БЕЛЯКОВ