Каждый день борюсь с соблазном не писать.
Вроде как это был бы удивительный творческий эксперимент и повод подумать и понервничать для читателей.
Но, в действительности, поддаться лености означало бы больше страданий лично для меня. Только дай повод обвинить себя в никчёмности.
Иногда змий, обходя углы моего кривого ума, шепчет: напиши, но пару предложений, это креативно, концептуально и не займёт много времени.
Но предложение не способно утолить мою потребность высказаться. Мне надо излить всё, что на душе. Пусть загадкой, басней или попсовым примером, но гнетущее обязано полностью выплеснуться, как гной из многоходового прыща.
Когда я хорошо поработала над собой и оформила хаотичные мыслечувства в текст, тогда я впервые за день вдыхаю воздух полной грудью, как если бы только вышла из кабинета психоаналитика.
Недавно посреди ночи меня разбудили звуки гитары. Соседи пели, играли, смеялись и я заслушалась. "Стало как-то радостно и больно". Отчаянно захотелось присоединиться к ребятам.
Звон струны - и сердце просится на свободу. Мама - анархия, перемен требуют наши сердца, закрой за мной дверь, я ухожу.
Вот уж кому хватает минимума слов, чтобы влюбить в себя. Простой язык Цоя - концентрат смысла и эмоций. Я всегда хотела быть похожей на него. На тот образ Цоя, который вырос из его песен и фильмов о нём. Быть такой же смелой, независимой, неограниченной, самодостаточной, безумной.
И я бы хотела писать так же, как Виктор Цой. Чтобы мне хватало слов, понятных ребёнку, для создания и описания собственного мира.
Сегодня посмотрела фильм Кирилла Серебренникова "Лето" про "КИНО", рок и неформальную молодёжь. Есть ещё классный фильм "Дом Солнца", похожий по атмосфере.
Когда такие фильмы перестанут быть про меня? Сколько можно держать две тысячи седьмой в уме? Как много гештальтов надо ещё осознать и закрыть?
Великое множество.
Между сделать или нет - всегда выбирай сделать. Поэтому хорошо, что я сейчас пишу: нечего плодить гештальты. Только сделать надо на совесть, а-то как накроет через десять лет и придётся судорожно исправлять хвосты юности с сединой в бороде.
