Когда я вернулась из больницы и озвучила Индирин диагноз, бегемоты из моей речи уяснили только то, что теперь ее будут кормить отдельно заморскими паштетами. В квартире поднялся глухой ропот:
- Это несправедливо!
- Безобразие! И что, мы, здоровые, хуже, что ли?
- Я тоже хочу почечную недостаточность.
- А давайте я буду болеть? Я не боюсь ветеринаров!
- Паш-тет! Паш-тет!
Индира, с полным осознанием своей избранности, смотрит на бегемотов сверху вниз. Она подходит к двери туалета, изящно взмахивает хвостом и аристократично мякает - ей нравится смотреть, как мать кидает свой компьютер и несется с банкой наперевес. Бегемоты мрачнеют с каждой минутой.
Раюша надувается от зависти и демонстративно идет по Индире, когда та лежит возле меня. Наступая пятками ей на морду, моя пузофея мстит за мое излишнее внимание к болящей. Ибо нефиг.
Индира тихонько пищит, и я отгоняю Раюшу - та бесится еще больше и орет, что это форменное свинство:
- На месте этой сиамской сволочи должна была быть я! Она при