На днях я посмотрела старый добрый документальный фильм Катерины Гордеевой «Победить рак». Старый – потому что вышел в 2012 году, добрый – потому что про человека, жизнь и любовь. А вовсе не наоборот, как можно подумать, прочитав название. Я все еще удивляюсь сама себе, когда влипаю в такие тексты, ругаю себя даже – мало мне, что ли, боли внутри и рядом, комедию бы лучше, клип Артура Пирожкова. Да дело-то не в количестве; просто проживание чужой боли делает меня добрее и сильнее. А еще мне жизненно необходимо искать в чужих историях знания, лайфхаки и - аргументы мотивации, поддержки, движения, жизни, любви.
В этом фильме многое мне кровно близко: тема, атмосфера, намерение поиска ответов у автора, герои – Людмила Улицкая как пациент, сероглазый король гематологии Б.В.Афанасьев как эксперт, голос Чулпан Хаматовой в озвучке. Но главное – миссия фильма, совпадающая с моим понимаем собственных интенций и возможностей: рассказать о болезни, чтобы укрепить ценность жизни.
Я, конечно, страшно нервничаю, слушая личные истории болезни; каждого героя-пациента, даже не знакомого совсем, хочется укрыть, уберечь от испытаний. Да разве же я могу, если себя не уберегла. Да разве кто другой на это способен? И во это «смотри, кому-то еще хуже, чем тебе» тоже не работает. С какой стати меня чье-то горе порадует? Не радует: мне больно и нервно, мороз по коже. Но нерв историй почти всегда сопряжен с переучетом ценностей, преображением мира; это трудно, как любой переходный период, но это и очищает, снимает камни с плеч. Не каждый пациент пропустит посторонних под завал своих камней; кто пускает, признается, что сначала очень страшно, потом больно, потом перед глазами падает черный занавес, и только после начинается настоящая жизнь. Тут, к сожалению, кому сколько, но главное опять не количество – качество. И я знаю теперь – благодаря чужим историям! – что качественная жизнь проживается в ощущении близости и внутренней свободы. Прочие критерии качества проверку болезнью не проходят.
Осушая в себе впечатления от фильма (а в нем три серии, это приличная нагрузка), размышляю о том, что все-таки нужно говорить тем, кто в начале своей истории болезни. Крутится в голове целая речь про то, что трудно, что надо довериться врачам, оградить себя от всех раздражителей… Но в итоге отметаю весь императив. Человеку, которому плохо – больно, тревожно, страшно – не нужны наставления и советы, если он таковых не просит (а вряд ли попросит, тем более в дебюте болезни). Человеку все-таки нужен человек – надежный, добрый, внимательный и обязательно внутренне свободный. Только при таком условии можно удержаться от наставлений, вовремя заметить, когда подать руку – и не навязывать помощь, когда внутри пациента происходит нечто, только ему самому понятное и предназначенное. Что говорить тому, кто в начале пути? «Я с тобой, держи вот мою руку; а если хочешь, я расскажу тебе свою историю, и еще историю, и еще….»
Больше всего на свете я хочу стать внутренне свободной. В этом вряд ли помогут книги и фильмы; но всякий источник информации о схожем опыте обессиливает чувство одиночества. А это тоже – шажок вперед.