И вот настал этот волнительный и радостный день. Сегодня Буреломам предстояло забрать в Бийске юнгу их ковчега Герду. Младенца породы немецкая овчарка. Полностью чёрную, двух месяцев от роду. Выезжать запланировали в обед. Андрей вёз на стерилизацию трёх хасей. Оказия выпала вовремя.
С утра наши герои отправились на пасеку. Учёбу никто не отменял. Просто сегодня там будет короткий день.
По дороге никак не обойти пасущегося белого коня…
С тех пор как ушёл Гард, Фома и Таня не расставались ни на минуту. Вдвоём было легче. Сейчас им особенно требовалась поддержка друг друга. Гард своим уходом ещё крепче объединил семью. Мудр он был не по пёсьи. Среди людей таких поискать.
Фома неторопливо тянул лямку подмастерья, непрерывно читая про себя Иисусову молитву. Это поддерживало и позволяло не перекашивать Гармонию Вселенной нетерпением ожидания. Таня же от волнения не находила себе места. Она почему-то очень боялась, что Герда их не узнает и не примет. Таня извертелась на одеяле в медогонке. Пробовала снимать. Не выходит. Пернатые и бабочки от неё в рассыпную. Не то настроение. Беспокойство просто через край. Фома своим спокойствием старался уравновесить ситуацию.
Он ещё нашёл время для кадров
Для кого-то мучительно медленно, кому-то в меру, время подошло к 11.30. Пора было выходить в сторону имения. Ребята молниеносно переоделись, прибрали на пасеке, открыли посильнее солёную воду пчёлам. Закрыли всё, чему положено быть запертым и едва ли не бегом отправились на Остров.
А там их уже ждали. Андрей грузил пациентов ветеринара из рода хасей. В седьмой раз проверив, всё ли взяли с собой, выехали в Бийск.
Хасемобиль предназначен для перевозки двух человек и полутора десятка псов. Третьему человеку ехать в кабине не очень удобно. Фома все неудобства взял на себя. Сложившись пополам, втиснулся в крохотный отсек позади штурманского кресла. Откидное сиденье он предусмотрительно утеплил двумя подушками. Но все эти неудобства проходили, минуя сознание Бурелома. Он просто не замечал их. Они с Таней жили одним чувством. Предвкушением встречи с юницей Гердой. Всё остальное не имело значения.
За Алтайским их настиг дождь. Дорогой это к удаче.
В Бийск прибыли через два часа. Операции хасям были назначены на 15.00. Шли в графике. Все три операции длились по часу. Фома и Таня в это время сидели в тенистом дворике ветклиники. Под старым клёном стоял стол и пара скамеек. Игорь, муж ветврача Татьяны, угощал ребят кофе из ближайшей кофейни. Вкус его им не запомнился. Периодически Фома отлучался помочь Андрею перенести в машину очередную прооперированную деву.
Андрей всегда слыл хорошим гидом. Особенно по заветным местам Алтая. Тут познания его были безграничны. Вот и сейчас, стремясь скрасить ожидание Буреломов, он принялся рассказывать о родном Бийске. Видя, что слушатели лишь исправно кивают, а смысл рассказа вряд ли до них доходит, он предложил им прогулку.
- Мы сейчас в центре старого Бийска. Побродите по округе. Не заблудитесь. Попадаются весьма интересные купеческие домики позапрошлого века.
Но Буреломам было не до исторических прогулок в прошлое Бийска. Они ждали встречи со своей Гердой. Увиденное вряд ли осталось бы у них в памяти. К тому же настораживало многолюдье. Они успели уже отвыкнуть от большого количества людей. Да и прочие прелести города были некстати.
Гоя отошла от наркоза раньше своих товарок и сбежала. Нашли её в подсобном помещении, где она сосредоточенно искала, что бы такое съесть. Поймали и поместили в машину.
Таня тем временем опубликовала некролог в Голосе. Постов сегодня больше не размещали. Друзья, Данильсоны и Алена, прочитав, выразили свои соболезнования:
- Держитесь.
Для Фомы время шло своим чередом. Не быстро и не медленно. Помогала молитва и присутствие супруги. Таня извела себя нетерпением. Наконец дождались. Операции закончились и можно мчаться на Встречу.
А Герда уже ждала их. Очень ждала со вчерашнего дня.
Родилась она в деревне, под Бийском. Два месяца провела рядом с мамой, братьями и сёстрами. Это было очень счастливое время. Запомнилось оно ей запахом маминого молока и весёлыми семейными играми. Мама многому учила своих подрастающих ребятишек. Первые два месяца очень важны для щенка. Закладывается фундамент всей его будущей жизни. Нельзя отнимать щенят от матери раньше этого времени. Это очень важно.
Настал час расставания. Это и грустно, и радостно одновременно. Для Герды начиналась новая большая часть её жизни. Мы очень надеемся, что будет она счастливой.
Юницу забирали крайней из помёта. И тут ей повезло. Она дольше всех была с мамой. Когда за ней приехали, она торопливо чмокнула маму, всхлипнула и вприпрыжку умчалась к машине. Взрыкнув, машина тронулась. Герда высунулась в открытое окно и звонко крикнула:
- Прощай мама! Всё будет очень хорошо! ОНИ уже меня ждут!
И взгляд её напряжённо упёрся в лобовое стекло. Она ехала на встречу с Вожаком. Какой он? Как-то встретит её?
К счастью дети не умеют долго грустить.
Большая чёрная овчарка долго провожала взглядом удалявшуюся машину. Голова её лежала на передних лапах. Она не замечала капающих в траву слёз. Её всегда нелегко было расставаться с детьми. Это был уже второй её помёт. Но она знала, что отпускать детей необходимо. Ведь где-то их уже с нетерпением ждут. Это жизнь. И она не бывает целиком карамельной.
Тяжело вздохнув, Немка встала, встряхнулась. Слёзы уже высохли. Дела не ждут. На ней охрана и поддержание порядка в большом хозяйстве. Нужно жить дальше.
Приехала Герда в частный дом одного из районов Бийска, где ей предстояло ждать Вожака. Здесь уже сидел на передержке чепрачный овчарёнок, ещё без имени. Этим двоим скука не грозила. Возраста они были одинакового.
- Тебя как зовут? – с порога спросила Герда, забыв поздороваться.
- Не знаю ещё. Тянут они там что-то и именем. Всё никак выбрать не могут из трёх вариантов. Жду вот…
- Хах! А меня сразу назвали. Я – Герда! Отважная путешественница. Правда, я пока не знаю, что это такое. Так сказал Вожак. Звучит волнующе. И красиво. Потом объяснят. И меня вот-вот заберут! А тебя когда заберут? – засыпала вопросами Герда нового друга.
- Не знаю… Заняты все пока…
- А ты вообще что-нибудь знаешь?
- А как же. Я - Пёс!
Время для двух щенков делилось меж играми, пищей и сном. Скучать им было некогда. Требовалось срочно познавать Мир. Пока они не успели осознать его бесконечность. И им казалось, что вот-вот придёт ясность и они добудут все ответы. А меж тем все мы на протяжении жизни постоянно заняты изучением мира. И до дна ещё никто не добрался… Или до вершины?..
В этот день её не забрали. Ночь Герда провела беспокойно. Часто просыпалась, подходила к хозяину дома и будила его вопросами:
- ОНИ ещё не приехали? Почему? А когда приедут?
Человек был очень добрый и не ворчал, разбуженный вопросами малышки.
- Скоро Дева, скоро. Наберись терпения. Завтра вечером будут твои. А пока ложись спать. И время пройдёт быстрее.
Герда возвращалась в гнездо, свитое для них заботливым человеком. Ложилась, утыкалась носом в бок крепко спящего собрата и засыпала.
Грустить с утра им было просто некогда. Исследования продолжались. Доставалось от них и взрослому псу, живущему во дворе. Помимо своей воли он был вовлечён в Игры детей. Его тянули за роскошный хвост, которым он очень гордился. По нему беспардонно бегали, вместо того, чтобы обойти. Будили глупыми вопросами в самый сладкий момент послеобеденной дрёмы. Опрокинули его миску с водой. Вытащили всё сено из будки и разложили его тонким слоем по двору.
- От этих детей одно беспокойство, - ворчал бедолага.
Время для щенков значения не имело…
Герда пропустила, как ни ждала, торжественный момент прихода Вожака. В очередной раз опрокинув друга вверх тормашками и издав победный клич, она обернулась к воротам. Там уже стояли трое. Хозяин дома, Человек-с-пегой-бородой и Человек-с-длинными-ресницами.
- Кто из двоих ОН?!.. – пронеслось у неё в голове.
-Твой Вожак тот, с пегой бородой, - сказал чей-то голос.
Она со всех лап бросилась к Вожаку.
- Скорее! Скорее! Опередить Чепрака, - так она звала собрата. - Вожак волнуется. Как бы он нас не перепутал…
Напрасно Герда волновалась. Вожак уже несколько дней знал, что она его. А он её. Где-то там наверху всё уже было запланировано и решено.
Подбежав к Бурелому Герда прыгнула из всех своих щенячьих силёнок и показалось ей вдруг, что она взлетела.
- У меня есть крылья?!
То Вожак подхватил её на руки и крепко прижал к себе. Герда успокоено ткнулась носом куда-то ему в плечо и затихла, крепко зажмурив глаза. Она чутко прислушивалась к себе. Это было огромным счастьем. Для человека и пса.
От Вожака крепко пахло табаком, мёдом и чем-то ещё, что слагало неповторимый запах её Старшего. Теперь она запомнит его навсегда. Герда пропитывалась этим запахом. Ведь они теперь одной стаи. И пахнуть должны друг другом. С этой же целью она стала тщательно вылизывать лицо и руки Фомы.
- Теперь и ты будешь пахнуть мною. Пусть все знают, что мы стая.
Бурелом опустил Герду на землю и принялся улаживать бумажные дела с посредником. Герда подошла к спутнице Вожака.
- Ты чья? Нашей стаи будешь? Я – Герда!
Таня подхватила щенка и принялась его целовать. Все её страхи были напрасны. Герда их узнала сразу. Меж Таней и Гердой тоже прошёл сложный ритуал объединения запахов. Теперь они все пахли одинаково. Родилась новая стая.
По дороге домой в пулемётном отсеке ехала Таня. Фома с Гердой там не поместился. А везти Юную Деву на руках должен Вожак. Крепко держа Младшую, Фома пристегнул ремень и хасемобиль, чихнув для солидности, тронулся с места. Бурелом оторвал взгляд от драгоценной ноши. Небо над машиной было чисто от облаков и чьи-то большие добрые руки благословляли их…
Домой.
Герда спокойно переносила путешествие в железном экипаже. Ведь ей не впервой! Лишь несколько раз она настойчиво пыталась принять на себя управление транспортным средством. Фома мягко пресекал попытки бунта на борту.
В Алтайском сделали остановку. Герда с жадностью напилась ключевой воды, и пока ждали Андрея из магазина, лежала на сиденье в царственной позе. Снисходительно провожала взглядом проносящиеся мимо авто. В них не было псов. А стало быть, и стая их была не полной. Вот у неё другое дело. Экипажа полный комплект и на борту порядок.
От Алтайского до Острова считают пятьдесят километров. Остаток пути Герда продремала. Как ни хорохорилась она, а всё-таки устала. Сказывался нежный возраст.
Почти не дыша Фома перенёс Герду из машины в имение. Проснулась Юная Псица уже у Синего Домика. Изумлению её не было предела:
- Где это мы? Что это за прекрасное место? Я не сплю? – сыпались из неё вопросы.
- Всё Дева. Приехали домой. Пока наше стойбище тут. Временное. Своим ещё не обзавелись. Владей, - внёс ясность Вожак.
И Герда шагнула в свой новый мир…
До глубокого вечера Буреломы напоминали заботливую наседку. Вытаскивали Юную из всевозможных отверстий. Снимали с клумбы и грядки. Извлекали из-под веранды вместе с кучей хлама. Ловили летящую с высокого крыльца.
С утра ребёнок не кушал и проголодавшись, капризничал. Как могли быстро сварили гречневую кашу на молоке. Аппетит у Герды оказался отменный. Поев, Дева успокоилась
Доползла до гнезда, сооружённого Фомой из бушлата и уснула на самом краю.
Буреломы, наконец, перевели дух. Близилась полночь. Их предупреждали, что девочка живая. Но они и предположить не могли насколько. Уже засыпая, Таня пробормотала:
- Устосала нас Дева…
Фома уснул мгновенно.
Спала Герда на новом месте крепко. Оно и не удивительно, столько событий за один день. К тому же она нашла свою стаю. Встала лишь один раз за ночь, справить свои делишки. Четверть часа и она снова спит под гладящей её рукой сонного Бурелома…
Снято Canon EOS 7D, объектив Canon 18-200