Всего три таможни, четыре штемпеля в загранпаспорте, одна встреча с литовским консулом, одно обнюхивание хвостатой ищейкой, и мы – удивительно, да? – попадаем из России в Россию.
До Калининграда можно домчаться и боингом. На самолете быстрее и даже дешевле. Однако я страшная трусиха, поэтому наш вариант более приземленный. Не крылья, но рельсы. "Янтарь". Чтобы с позвякиванием ложечки о стакан в подстаканнике. С белоснежной постелькой. Ну, и без шанса рухнуть с небес на землю. Максимум, с высоты второй полки.
Наш путь полон пограничных причуд.
- Таможенный контроль, приготовьте документы, - будят нас фонариком в пору, когда спится слаще всего.
Фонарик бьет светом мне в лицо, и я чувствую себя так, словно нахожусь на допросе в кадре черно-белого советского фильма. И еще вину ощущаю. Не знаю, почему - наверное, сюжет того требует. В этом вагонном сюжете меня из раза в раз в чем-то подозревают. Один из вариантов – что мы с мужем выкрали чьих-то детей и везем их по липовым паспортам.
В прошлую – летнюю - поездку суровый пограничник засомневался, что Алиса на фотографии и Алиса в поезде – одно и тоже лицо. Грозил не пропустить нас к шелковому балтийскому песку. Чудом сжалился.
В это наше мартовское путешествие пятилетняя Арина сообщила тете в погонах, что на самом деле ее зовут Ирина. По большому детскому секрету. Я так и сжалась в комок. Хорошо, у труженицы таможни с юмором оказался полный порядок. Она пообещала Аринке никому ее секрет не выдавать и, вернув загранпаспорт, пожелала нам доброго пути.
Поезд в моем представлении - это такое общежитие на колесах. С соседями – как уж повезет. Кого подселит кассир – с тем и доширак преломлять, и сказки сказывать.
На этот раз нам попался ну очень хлопотный сосед. Вагон только-только расслабляется и засыпает после фэйс-контроля, как этот попутчик снова ставит всех на уши. Он пытается сорвать стоп-кран и, включив голос на максимум, перебирает все неприличные выражения на русском - хотя едет в Литву.
Пытаясь его образумить, дородная проводница проводит чуть ли не сеанс психологической релаксации. Позже она расскажет мне по большому взрослому секрету, что человек взял билет до Нестерова, несмотря на то, что выйти ему нужно было в Вильнюсе. Это лайфхак такой: в первом случае билеты продают по внутригосударственным тарифам, во втором - по международным. Разница в цене – внушительная. Нужно только с подножки поезда успеть спрыгнуть пораньше. О своей хитрости наш попутчик проводнице не сообщил, свой вильнюсский рай проехал. Сам себя перехитрил, бедолага.
В боковушку напротив отсека, занятого нашей семьей, кассир «подселил» Светлану. Она симпатична мне больше того громкоголосого. Мы болтаем о том и о сем, отхлебывая чай и угощая друг друга печеньками.
Светлана вместе с мужем зарабатывает на хлеб ремонтом квартир. Перебралась в самый западный город России из Казахстана десяток лет назад, чтобы чаще бывать в Германии. Там - родственники. Один из них работает на фабрике, производящей знаменитый немецкий вурст. Колбасу то есть. Никакой сои. Хрящей. И, упаси боже, туалетной бумаги. Если колбаса будет продаваться в виде нарезки, нужно следить, чтобы расстояние между аппетитными кружочками было равно семи миллиметрам. Получилось пять, а не семь? Тогда ахтунг. И капут. Упаковка признается некондицией.
Я рассказываю Светлане, что калининградский регион для меня – это остров. Если вдруг случится какое-нибудь политическое международное наводнение – отсюда не сбежишь. И потом, в бывшем Кенигсберге есть такая невидаль, такая красота, как остров Канта. В какой бы точке города мы бы ни купили квартиру, мне бы хотелось чаще бывать здесь, у Кафедрального собора. Так что можно сказать, мы с семьей перебираемся ближе и к этому острову тоже.
Перрон, привокзальная площадь. Я припоминаю, что в этом городе женщины, в отличие от мужчин, даже зимой не носят шапок. Я выдаю себя с головой, поскольку на ней, кроме шапки, ещё и скафандр капюшона. Пока немного нездешняя, да.
Над калининградскими крышами кружат чайки вместо привычных нам ворон. Я знаю – это море, до которого каких-то полчаса на электричке, передает нам привет.
