Как мы разобрали в предыдущих частях, войска Колчака страдали от неэффективного снабжения. Имели посредственный кадровый состав и много неэффективных военачальников во главе.
Но, помимо этого, колчаковцам приходилось вести еще одну войну, с красными партизанами.
5. Атаманщина и партизанщина или еще один фронт борьбы.
Как мы уже поняли, колчаковцы и так плохо контролировали тыл: его приходилось делить с чехословаками, японцами и прочими интервентами. Кроме них, находились еще и всякие атаманы-самостийники, среди наиболее известных я могу назвать Г. М. Семенова, Р. Ф. Унгерн-Штернберга, зловещего Б. В. Анненкова.
В массе своей, эти ребята только озлобляли и запугивали местное население, пополнений Колчаку фактически не давали. А если и давали, то были это самые настоящие отбросы. Более того, некоторые из этих атаманов (тот же Анненков) будут потом нападать и на самих белых, а также и своих уничтожать до кучи.
Конечно же, местное население устраивало натуральные «Жакерии» в тылу у Колчака, воюя не только с атаманами.
Так как власть «колчаковщины» также была не особенно приятна, тем более для свободолюбивых сибиряков. Насильственные мобилизации и реквизиции никому еще на этом свете популярности не прибавляли.
Кроме того, в Сибири и на Дальнем Востоке большевиков изначально было немного, проявить себя с худшей стороны они и не успели толком. Восстания же против белых возглавляли не столько кадровые большевики, сколько анархисты, эсеры, меньшевики, беспартийные.
Вызывало отвращение у населения и факт сотрудничества колчаковцев с интервентами. Про большевиков с Брестским миром к весне 1919 года уже почти все забыли (Первая мировая то кончилась), а вот японцы на Дальнем Востоке беспределили вполне себе реально.
Наконец, сам Колчак пришел к власти путем переворота. Лишившиеся власти эсеры мириться с таким положением дел не собирались.
Советские исследователи неизменно уделяли особое внимание партизанской борьбе. Да и сами белые считали, что победили их не только на фронте, но и в тылу.
Из воспоминаний штаб-офицера Г. Думбадзе:
« Вся Енисейская губерния и часть Иркутской буквально горели в огне партизанщины. Удаляться на несколько верст от железной дороги было совершенно невозможно. Даже наши небольшие отряды попадали в засаду красных и несли потери...»
Партизаны уничтожали офицеров, дербанили многострадальную Транссибирскую магистраль, поджигали склады и разлагали тыловые части.
Забегая вперед, можно вспомнить, что после поражения колчаковских армий на фронтах, в тылу начнется ряд самых настоящих вооруженных восстаний — в Иркутске, во Владивостоке и так далее.
Вся эта «бойня в тылу» подрывала авторитет колчаковских властей. Способствовала полной неразберихе. Я уже молчу о том, что немалую долю войск белым приходилось держать в тылу, для борьбы с повстанцами.
Мало того, колчаковцы лишались одного из своих немногих идейных козырей — «стабильности». Восстановление законности в таких условиях было невозможным, белая территория напоминала прифронтовую зону.