Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Вечная Женственность

В. В.РОЗАНОВ, С. Н. И Е.Н. ТРУБЕЦКИЕ

ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ РОЗАНОВ (1856–1919 гг.) — русский религиозный философ, писатель, литературный критик и публицист. Первый религиозный переводчик (части) Метафизики Аристотеля на русский язык. Проблемы, занимавшие мысли Розанова, связаны с морально-этическими, религиозно-идейными оппозициями— метафизика и христианство, православие и нигилизм, этический нигилизм и апология семьи. В каждой из них Розанов искал пути к снятию противоречий, к такой схеме их взаимодействий, при которой отдельные части оппозиции становятся разными проявлениями одних и тех же проблем в существовании человека. ЦИТ. ПО: О. В. РЯБОВ. РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ ЖЕНСТВЕННОСТИ (XI — XX ВЕКА). ИВАНОВО: ЮНОНА, ИВАНОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ, 1999 Г. По мнению Розанова, строки Ветхого Завета свидетельствуют о том, что существуют как бы «два Бога — мужская сторона Его и сторона женская. Эта последняя есть та «Вечная Женственность», мировая женственность, о которой начали теперь говорить повсюду» (Роз

ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ РОЗАНОВ (1856–1919 гг.) — русский религиозный философ, писатель, литературный критик и публицист. Первый религиозный переводчик (части) Метафизики Аристотеля на русский язык. Проблемы, занимавшие мысли Розанова, связаны с морально-этическими, религиозно-идейными оппозициями— метафизика и христианство, православие и нигилизм, этический нигилизм и апология семьи. В каждой из них Розанов искал пути к снятию противоречий, к такой схеме их взаимодействий, при которой отдельные части оппозиции становятся разными проявлениями одних и тех же проблем в существовании человека.

ЦИТ. ПО: О. В. РЯБОВ. РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ ЖЕНСТВЕННОСТИ (XI — XX ВЕКА). ИВАНОВО: ЮНОНА, ИВАНОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ, 1999 Г.

По мнению Розанова, строки Ветхого Завета свидетельствуют о том, что существуют как бы «два Бога — мужская сторона Его и сторона женская. Эта последняя есть та «Вечная Женственность», мировая женственность, о которой начали теперь говорить повсюду» (Розанов В. В. Люди лунного света/Соч.: В 2х т. М., 1990. Т. 2., с. 27).

«Если пол... имеет свое «здесь» и свое «там», то как здесь есть мужское начало и женское начало, то и «там», в структуре звезд, что ли, в строении света, в эфире, магнетизме, в электричестве, есть «мужественное», «храброе», «воинственное», «грозное», «сильное» и есть «жалостливое», «нежное», «ласкающее», «милое», «сострадательное». (Розанов В. В. Концы и начала, «божественное и демоническое», боги и демоны: (По поводу главного сюжета Лермонтова). Розанов В. В. О писательстве и писателях. М., 1995. (Собр. соч.).с. 87). стр. 56

СЕРГЕЙ НИКОЛАЕВИЧ И ЕВГЕНИЙ НИКОЛАЕВИЧ ТРУБЕЦКИЕ

Евгений Николаевич Трубецкой (1863–1920гг.)— русский философ, правовед, публицист, общественный деятель. Видный представитель религиозно-философской мысли, один из организаторов издательства «Путь» и Религиозно- философского общества им. Вл. Соловьева. В философии был представителем метафизики всеединства, созданной Владимиром Соловьевым. Основной темой философии Е. Н. Трубецкого были размышления о смысле жизни. Ряд своих работ он посвятил философскому анализу судьбы России, психологии русского народа.

Сергей Николаевич Трубецкой (1862–1905 гг.) — русский религиозный философ, публицист и общественный деятель. Последователь русского философа В. С. Соловьева. Брат философа Е. Н. Трубецкого. Особое внимание уделял вопросам соотношения и взаимосвязи философии и религии, обоснованию христианского вероучения. Защитил докторскую диссертацию — «Учение о Логосе». В ней Трубецкой показал, как человеческий мир предчувствовал Откровение тайны Божественного Слова — Логоса, предчувствовал появление Христа. Близкие друзья В. С.Соловьева. Продолжали дело Соловьева, разрабатывая православное религиозное философское мировоззрение.

Цит.по: Ширшова И. А. Поэтическая софиология. – 2004, по материалам сайта: «Научная библиотека диссертаций и авторефератов» http://www.dissercat.com/content/poeticheskaya-sofiologiya-fi- tyutcheva#ixzz2OgF43eqU

Неким опытом концептуального примирения западно-гностических и церковно- античных идей о Софии (с опорою на взгляды А. С. Хомякова, В. С. Соловьева, Ф. Баадера, Я. Беме) было сочинение С. Н. Трубецкого «О святой Софии, Премудрости Божией» (1885–1886 гг.). Автор говорит о существовании особой духовной телесности, которая и есть София Премудрость Божия — таинственныи свет нетварных образов, «вечный иконостас», в котором живет сам Бог, основою внутренней жизни которого является мистерия воплощения. Софиологическая метафизика С. Трубецкого, пожалуй, лишена гностических составляющих, присутствующих у В. Соловьева. Опираясь на идеи И. Канта, развиваемые в XIX веке А. Шопенгауэром и Э. Гартманом, Трубецкой рассматривает сам мир как живое космическое существо, имеющее психическую основу.

ЦИТ. ПО: ЛОССКИЙ Н. О. ИСТОРИЯ РУССКОЙ ФИЛОСОФИИ. — М.: СОВЕТСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, 1991. 482 С.

ГЛАВА X

«Наступит день, и истинный источник жизни, — говорит Трубецкой, — облечет себя в солнце...»

Недавние открытия наглядно показали, что древнерусская иконопись с ее богатством цветов удивительно живо отражает связь между материальной и духовной реальностями. «София — Премудрость Божия» — пишется на фоне темно-голубого и звездного неба. Это и понятно, ибо именно София отделяет свет от тьмы и день от ночи. Розовый лик Софии-созидательницы виден среди темно-голубого звездного неба. Он подобен утру Божьему, а над всем, утверждая и символизируя победу света, ярко, лучезарно горит лик Христа. Таким образом, три особенности — темная голубизна ночи, розовые краски утра и золото солнечного дня, — словом, все то несовместимое и разнящееся, что мы переживаем во времени, представлено в иконописи как нечто вечное сосуществующее и составляющее одно неделимое и гармоническое целое. Идея всеобщей гармонии и воплощения Бога любви в любящих творениях осуществлена в тройственном триумфе света, звука и сознания. Совершенная любовь раскрывается не только в полноте славы, но и в совершенной красоте. Вот почему цельная идея вечной Софии представлена в Библии в художественной форме. (Е. Трубецкой — «Два мира в древнерусской иконописи»).

Трубецкой Е. Н. Национальный вопрос, Константинополь и Святая София. Трубецкой Е. Н. Смысл жизни. с. 358; см. также: Трубецкой Е. Н. Миросозерцание В. С. Соловьева: В 2 т. М., 1995.т. 1, с. 344.

Таким образом, культ Софии на Руси связан с представлением о милующем Божестве, о по-матерински милосердных небесах. Анализируя значение образа св. Софии в Древней Руси, Е. Н. Трубецкой, один из первых исследователей идейного содержания софийных икон, подчеркивает эту черту миропонимания наших предков: «Человечность Божества — вот что им дорого в их представлении о Софии».

... С образом Софии сочетается все та же мысль о единстве всей твари. В мире царствует рознь, но этой розни нет в предвечном творческом замысле Премудрости, сотворившей мир» (Трубецкой Е. Н. Россия в ее иконес. С. 282). Поскольку теми же, материнскими, чертами в христианской доктрине наделяется Богородица, то ее образ и образ Софии в сознании русского человека сливаются.

ЕВГЕНИЙ ТРУБЕЦКОЙ. СМЫСЛ ЖИЗНИ61

«Смысл жизни» Мыслители XX века. Москва, издательство «Республика», 1994год.

ГЛАВА III. СОФИЯ

Стр. 103

Предвечная София-Премудрость заключает в себе, как сказано, вечные идеи- первообразы всего сотворенного, всего того становящегося мира, который развертывается во времени.

Стр. 119-120

Отношение предвечного творческого замысла Божества к развивающемуся и совершающемуся во времени человечеству находит себе яркое и точное выражение в образе «Софии» — Премудрости Божией, как он запечатлелся в христианском сознании православного мира. Исследователями отмечена в особенности одна загадочная черта этого образа. С одной стороны, в нашей иконографии София, несомненно, резко и определенно отличается как от Христа, так и от Богоматери. По отношению к творящему Христу — вечному Слову Божию, коего образ неизменно изображается над сидящей на престоле Софией, она, очевидно, понимается как начало иерархически подчиненное: Христос созидает мир своею Премудростью. Напротив, от Богоматери св. София приемлет поклонение, причем на иконах Софии Богоматерь нередко изображается с Предвечным Младенцем на руках; стало быть, здесь София поднимается как начало иерархически высшее, но, опять-таки, очевидно, отличное и от Богоматери и от человеческого естества Христа. И, однако, рядом с этим в нашем богослужении образ Софии как бы отождествляется то со Христом, то с Богоматерью, то с Церковью. Отличие тут то утверждается, то как бы утрачивается: церковные песнопения говорят о девственной душе Богоматери как о Церкви и о Софии, а чествование Софии приурочивается то к праздникам Рождества или Успения Богоматери, то к празднику Рождества Христова.

С одной стороны, как предвечный творческий замысел Божий о мире, София трансцендентна миру во времени и постольку не только от него отлична, но прямо ему противоположна. Даже в высшем своем выражении — в Богоматери и в человеческом естестве Христа — этот совершенствующийся мир не совпадает с нею: отсюда — подчиненное положение Богоматери с Младенцем на иконах Софии. Но с другой стороны, в вечности эта грань между Премудростью и миром снята. В вечном покое Божества творческий замысел Софии до конца раскрыт и осуществлен. И осуществление его — всеобщее обóжение твари, высшим выражением коей является человеческое естество Христа, Богоматерь и собранное во единую вселенскую церковь человечество. Творческое дело Софии, с одной стороны, отлично от творческого дела человечества, а с другой стороны, в Богочеловечестве сочетается с ним в неразрывное и неслиянное единство. В этом и заключается христианское разрешение противоречия временного и вечного — человеческой свободы и творящей силы Божией.

София собирает все человечество и весь мир в одно живое целое... С образом Св. Софии наша народная душа всегда исстари связывала величайшую свою надежду и величайшую свою радость

Трубецкой Е.Н. Национальный вопрос, Константинополь и Св. София // Трубецкой Е.Н. Смысл жизни. М., 2000. С. 492–493.