Вы можете записать это на счет несчастного случая, но когда у большинства древних статуй были удалены носы, становится подозрительно.
Эдвард Блейберг, куратор египетских художественных галерей Бруклинского музея, утверждает, что это связано с тем, что древние египтяне искренне верили, что иконы содержали души умерших или сущность божества. Следовательно, статуи, рельефы и другие изображения выступали как своего рода портал между миром живых и сверхъестественным миром богов и мертвых - ритуал активировал статую так, что она стала одержимой духом своего подобия.
Большинство изображений хранились в гробницах и храмах цивилизации. Во-первых, потомки покойного могли кормить своего предка в загробной жизни дарами (иногда буквально едой). В последнем случае смертные могли отправлять приношения богам в обмен на их опеку в Египте. Эта вера давала идолам силу - и единственный способ отобрать эту власть был через акты вандализма.
«Поврежденная часть тела больше не может выполнять свою работу», - пояснил Блейберг.
И поэтому, без ушей, он не может слышать ваши молитвы. Без рук он не может принимать подношения. А без носа он не может дышать. Это эффективно «убивает» икону духа. Блейберг говорит, что мелкий грабитель могил мог отрезать нос, чтобы помешать отомстить.
Но эта практика не ограничивается Египтом. Подобные акты вандализма демонстрируются на статуях, относящихся к Греции, Риму и Персидской империи. По словам Марка Брэдли из Университета Ноттингема, Великобритания, это может быть символом «стыковки носа» - реального наказания, примененного в классическом мире, древнем Египте, доколумбовой Америке, средневековой Европе, ранней Индии и арабском мире.
Византийскому императору Юстиниану II был свернут нос, когда он свергнут с престола, чтобы он не попытался снова его захватить. (Он все равно сделал.) В то время как Геракл заработал себе прозвище «Нос Докер» после его склонности к отрезанию носов глашатаев, которые не сказали то, что он хотел услышать.
И поэтому точные мотивы этих вандалов могут остаться неизвестными, но мы можем быть совершенно уверены, что это не случайно.