«И больше всего её смущали те. Кто думал, что чего-то достиг. Добился. И эти посвежевшие, после детоксов лица, в инсте. И накаченные потом и мозолями попки, там же. И эти виноватые улыбки — «простите уж нас… за то что мы успешные такие…» И эти по-собачьи тоскливые глаза. В них-то всё было и дело. Их же — как классики сказали! — «не замажешь». В них только всмотрись, чуть. Чтобы не утянуло нездешними печалями. И всё поймёшь!
И каждый раз, она напрягалась. Потом, вздрагивала и передёргивалась. Потом, пяток минут отходила. Непросто — в тёмные глубины заглядывать. И даже выплеснув постороннее трудное, тугое. Ещё какое-то время мозг прокручивал — что там такое фонит плохим. И как нужно исправлять. И в эти эпизоды она максимально отстранялась. От людей, которые ей были симпатичны и не чужи. Потому что — чужи. Потому что исправлять надо самим. И вслушиваться в дно своё. Тоже самолично.
И однако ж. Они продолжали инстить удачные заходы в SPA. Чудные покупки по акциям. Новых мужиков. И баб. Гендерное тут непричём. Все мазаны!..
И катить свою арбу. Дальше!..
А она. Брала новых безумцев. Которые, отчего-то, с рождения хотят научиться «летать». И вела их на «крышу». Мира. И водила по «краю». И сама. Там же. Со всеми. Лучше всех! Отважнее!..
И взмахивала руками-крыльями. И клекотала призывно и расставляла ухватистые ступни. Пошире, понадёжнее. И баланс держала спиной и осанистой правкой. И гордой головой кивала — «делай, как я!» И радовалась. Что кидать взгляды за «поребрик» они не боятся. А значит, и своя муть не испугает!
И те кто уютно «ползал» Всё чаще вызывали. Нет, уже не желание помочь, направить. А. Обойти. Стороной!»