Ирочка пришла в десятый класс в новую школу. Её мама, Елена Ивановна, после развода с отцом Иры решила переехать от него «куда подальше». Ирочка была тихой и милой, и неудивительно, что одноклассник Петька пригласил её на свидание тёмным ноябрьским вечером.
Они шагали по плохо освещённой улице и молчали. Петька пытался что-то рассказывать, но, не находя ни поддержки, ни искреннего интереса со стороны Ирочки, замолкал. Обоим было неловко.
— Мне домой пора, — наконец сказала Ирочка.
Петька пошёл её провожать, и обратная дорога уже не казалась ему такой тягостной. У подъезда Петька хотел поцеловать Иру, но она смотрела испуганно и отворачивала от него лицо.
С треском распахнулось окно.
— Ира, домой немедленно! — крикнула Елена Ивановна.
Подростки разошлись в разные стороны, сказав короткое «пока».
На следующий день в школе Ирочка старалась не встречаться глазами с Петькой и пряталась в раздевалке младших классов, чтобы не столкнуться с ним после уроков. Она была уверена, что он непременно будет лезть к ней с разговорами, а самое жуткое — опять попытается поцеловать. От этих мыслей становилось стыдно, будто её втянули в грязную историю.
Дома Ирочка не могла найти себе места, ходила от окна к окну, с тревогой ожидая, что вот-вот раздастся звонок в дверь, и ей придётся идти гулять с этим ужасным Петькой. Она думала, как сказать Пете, что он ей совсем не нравится, чтобы он не обиделся. Ночью ей снилось, что она целуется со снеговиком, который вдруг превращается в Петьку. Проснулась с колотящимся сердцем и до утра лежала с открытыми глазами. И тут её осенило: зачем самой объясняться с Петькой? Можно попросить кого-нибудь, Таню, например. Таня ему всё расскажет, а Ирочка опять будет жить спокойно.
В понедельник Ирочка пришла пораньше, чтобы успеть поговорить с Таней. За её спиной шушукались. Близняшки Юля и Оля отозвали её в сторону, и, перебивая и толкая друг друга, поведали «страшную штуку». Петьку в субботу вечером видели с Танькой, они держались за руки, а Мишка, с которым Танька встречалась до этого, позвал Петьку за почту — драться.
— Вот сейчас Петька придёт, ты ему скажи, что всё знаешь! — советовала Юля. — И пощёчину влепи! Нет, ты с ним не разговаривай дня два, а потом — пощёчину!
— Да что ты пристала со своими пощёчинами? Лучше к Таньке сразу! — перебивала её Оля. — Она у Надьки из одиннадцатого в том году парня увела, там та-а-а-кие разборки были!
Сёстры стрекотали, придумывая всё более изощрённые планы мести, а Ира почувствовала себя чистой и невинно обманутой. И Петька опять стал казаться ей самым красивым мальчиком в классе. Если бы не Танька-разлучница, как бы хорошо им было вдвоём! Все девочки в классе дружно перешли на сторону Ирочки, ей сочувствовали, а наглой Таньке дали понять, что её поступок подлый.
Танька стала меньше улыбаться и смеялась уже не так озорно. Получалось, что Таня и Ира находились на разных чашах одних весов: чем выше возносилась Ирочка, тем ниже опускалась Танька. Сама Ирочка продолжала общаться с Таней ровно, словно ничего не произошло. А ведь на самом деле — ничего и не было.
Однажды вечером Таня пришла к Ире домой. Она сказала, что больше не встречается с Петькой, и попросила прощения. И Ирочка великодушно её простила, но не призналась, что была даже рада, когда Петя увлёкся Таней. Танька рьяно взялась «исправлять» ситуацию, и уговорила Петьку пригласить Ирочку на медленный танец, когда в школе отмечали Новый год. И опять они были скованы мучительной неловкостью, к тому же Петька всё время тоскливо смотрел на Таньку, проплывающую мимо в паре с другим мальчиком.
Таня поняла, что Ирочке больше не нужен Петька, и чувство вины в ней вспыхнуло с утроенной силой. Танька заходила за ней вечером, приводила в свою компанию, а потом провожала Иру до дома со своим очередным поклонником, не обращая внимания на его ворчание из-за гуляний втроём.
Они сидели в подъезде, слушали музыку, болтали, иногда выпивали (Ирочка не пила, конечно, боялась огорчить маму). Таня всячески ограждала Иру от дурного влияния приятелей. В присутствии Ирочки почти не матерились и выходили курить на улицу. Ирочка обычно молчала и робела, но ей льстило нахождение в такой компании. К ней перестали относиться как к чужой, у неё даже появился авторитет среди одноклассников благодаря Таньке.