Сразу оговорюсь: мне жалко сгоревший в Париже собор. Потому что я не такой дикарь, какими были по отношению к чужой истории и к чужим памятникам чужой архитектуры сами французы. Я человек нормальный.
Однако, совесть не дает промолчать и я все-таки пойду у нее на поводу, так сказать.
"Сгорела история Франции" - сказал кто-то о вчерашнем происшествии. Простите, а что же тогда можно сказать про уничтоженную французами полностью историческую часть Бейрута? Там истории не было? Или это была история десятого сорта?
Приезжающие в Бейрут туристы-иностранцы умиляются стройным специально спроектированным как единое целое "французским кварталам" города.
А потом приходят в ужас, узнав, что все это построено вместо веками стоявшего тут исторического средневекового города.
Нельзя было строить все свое великолепие чуть поодаль? Обязательно было именно на месте и вместо исторического центра? А чего ж свой собор не снесли и на его месте, скажем, кинотеатр не учредили?
Осколки разрушенных зданий, не долго думая, "закатали" под набережную. В том числе, какую-то византийскую базилику. Можно, я буду продолжать считать ее не менее ценной с точки зрения истории, чем построенный только спустя 600 лет после нее Нотр Дам?
Кстати: под варварски снесенным средневековьем находились римские кварталы. Судя по тому, сколько различных артефактов находят сейчас при рытье котлованов в центральной части города, можно только предположить, сколько всего было найдено и ... вывезено французами за пределы Ливана. Или это тоже "не история"?
Не менее страшна была судьба примерно шестой части Старого города в Дамаске. С той разницей, что ее не просто снесли в 20-30-е годы, построив на этом месте нечто "французское", а просто .. варварски разбомбили в 1925 году. То место с тех пор уже почти 100 лет называется "Харика" - "Пожарище". Снесено подчистую, застроено абы-как и зияет раной на теле исторического центра. Это кадры последствий бомбардировок (гуманитарных, надо полагать).
Честно скажу: я давно собиралась написать пост про варварство французов по отношению к Бейруту и Дамаску. А повод сам нашелся.
А собор жалко. Он не виноват в том, какие варвары построившие и оплакивающие его теперь французы.