Начало Часть I
Тайные планы покушения на Гейдриха стали разрабатываться в Лондоне примерно за полгода до описываемых событий, в сентябре 1941 года. Кто стал инициатором этих планов до сих пор неизвестно, главным образом потому, что вовлеченные стороны – британское Управление специальных операций (УСО) и чехословацкое «правительство в изгнании» Эдварда Бенеша отказались от всякой ответственности. Вопрос был серьезный – организация политического убийства при полном понимании, что немцы отреагируют на убийство рейхспротектора, устроив самые жесткие репрессии против гражданского населения.
Сохранившиеся документы свидетельствуют, что план покушения на Гейдриха был рожден в основном от отчаяния: со времени падения Франции летом 1940 года и бесславного отступления британцев из Дюнкерка Лондон находился в затруднении, пытаясь перехватить военную инициативу.
Черчилль, военное министерство и руководство УСО, не имея на тот момент возможности быстро победить Германию, надеялись спровоцировать волнения на оккупированных немцами территориях, отвлекая и удерживая военные ресурсы на проблемных территориях.
Одним из британских союзников стал возглавлявший чехословацкое "правительство в изгнании" Эдвард Бенеш , целью которого было возрождение независимого чехословацкого государства после войны. Чтобы получить поддержку в Лондоне, ему нужен был громкий акт сопротивления, демонстрирующий усилия чехословаков в победе над фашистской Германией.
Именно поэтому, в конце декабря 1941 года, с самолета британских ВВС были выброшены два подготовленных в Шотландии парашютиста-диверсанта: Йозеф Габчик - словак, и Ян Кубиш - чех. Позднее были выброшены еще две группы диверсантов – 2 и 3 человека.
Пять месяцев группа изучала информацию о перемещениях рейхспротектора и разрабатывала варианты покушения. Руководство чешского подполья выступало категорически против покушения, опасаясь карательных акций после проведения операции, но Лондон в обсуждения не вступал и на радиограммы чехов не отвечал, а диверсанты уже не хотели и не могли ждать.
***
Собственно говоря, именно поэтому утром 27 мая 1942 года Йозеф Габчик и Ян Кубиш расположились на крутом Кобылисском повороте Кирхмайеровой улицы, к которому неотвратимо двигался Мерседес-Бенц W142 рейхспротектора.
В 10.20 машина Гейдриха приблизилась к повороту. Как и предполагалось, Гейдрих ехал только с водителем, без охраны. Притормозив на повороте, машина медленно поворачивала, когда Габчик, выхватил свой пистолет-пулемет STEN Mk.II и попытался в упор расстрелять Гейдриха, но оружие заклинило.
И здесь Гейдрих совершил роковую для себя ошибку. Решив, что убийца действует в одиночку, он приказал остановить машину и выхватил пистолет. А в это время Кубиш, выйдя из тени своего укрытия, метнул гранату в автомобиль. Но неправильно оценив расстояние, он не смог забросить её в кузов. Ударившись в районе заднего колеса автомобиля, граната взорвалась и Кубиша ранило ее осколком в лицо, другие осколки разбили окна проезжавшего мимо трамвая.
Гейдрих и его водитель выскочили из машины, намереваясь задержать нападавших, но Кубиш, отстреливаясь и истекая кровью, умчался на заранее приготовленном велосипеде.
Гейдрих собираясь застрелить Габчека, укрывшегося за телеграфным столбом, вышел из машины, но внезапно рухнул на землю от боли. Габчик, воспользовавшись случаем, сбежал, сумев отбиться от преследующего его водителя Гейдриха.
Как только стихла стрельба, прохожие пришли на помощь Гейдриху и остановили фургон пекаря, доставивший раненого эсэсовца в близлежащую больницу, где врачи быстро поставили диагноз: перелом одного из ребер, разрыв диафрагмы и проникающее ранение селезенки.
Через несколько дней после первой операции в полости желудка возникла инфекция. Врачи не смогли побороть его сепсис и 4 июня Гейдрих умер от заражения крови.
«Палач мертв!» - так на следующий день в своем выступлении на ВВС прокомментировал эту новость нобелевский лауреат Томас Манн.
9 июня произошли одни из самых пышных похорон в истории Третьего рейха. Два дня гроб Гейдриха был выставлен во дворе Пражского Града. Затем его доставили в Берлин, где после траурной церемонии в имперской канцелярии и выступлений Гитлера и Гиммлера, состоялась церемония погребения.
Ещё не закончились похороны в Берлине, а в Чехословакии нацистами началось проведение операции возмездия за то, что Геббельс назвал в своем дневнике «незаменимой потерей самого радикального и самого успешного борца с врагами государства».
Провокация Бенеша при поддержке британского УСО удалась.
Первоначально Гитлер планировал в качестве мести уничтожить 10 тысяч чехов и открыто об этом сообщил на похоронах Гейдриха.
«Если произойдет еще хоть один подобный инцидент, ничто не сможет мне помешать депортировать миллионы чехов, если они не желают мирного сосуществования!» - кричал возмущенный Гитлер в лицо президенту Протектората Богемия и Моравия Эмилю Гахе на похоронах Гейдриха.
По его требованию, убийцы должны были быть найдены немедленно, иначе чешское население столкнется с беспрецедентными последствиями.
В качестве акции устрашения были выбраны 2 деревни. Одна из них - Лидице, расположенная в 20 километрах к западу от Праги с населением около 500 человек. Предлогом послужила информация об укрывательстве и содействии бойцам Сопротивления жителями деревни.
В день похорон Гейдриха деревня была окружена, всех мужчин старше 15 лет (172 человека) расстреляли, всех женщин отправили в концлагерь, дети прошли расовую проверку, по результатам которой 13 детей оставили жить в рамках программы «Лебенсборн», а остальные 85 детей были убиты в газовых камерах в одном из лагерей смерти в Польше.
В то время, когда жертвы Лидице приносились в жертву чувству мести Гитлера, исполнители убийства Гейдриха всё ещё не были найдены. Немецкие власти использовали самые жестокие методы для получения сведений: они объявили, что, если убийцы не будут найдены до 18 июня, последуют самые радикальные меры против чешского населения. Была распространена информация о награде за предоставление сведений о диверсантах в размере 10 млн. крон, и то, что будет казнен каждый десятый негерманец в протекторате в случае, если они не будут найдены.
И такой предатель нашелся. Один из прошедших подготовку в Великобритании чехов, Карел Чурда, польстился крупной суммой и за два дня до обозначенной немцами даты, явился в пражское гестапо и выдал всю имеющуюся у него информацию о бойцах Сопротивления.
Он не знал где укрывались Габчик и Кубиш, но предал тех, кто укрывал бойцов и, кроме прочего, показал на квартиру семьи Моравец в Праге, в которой они укрывались до дня покушения. Последовала волна арестов. Рано утром 17 июня на указанную предателем квартиру ворвались немцы. В квартире проживало трое: Мария Моравец, её муж Алоис и их сын Властимил. Мария совершила самоубийство, приняв цианид, а Алоиса и, чуть позже, Властимила гестаповцы бросили в тюремные подвалы для допроса. Через несколько часов пыток Властимилу принесли в аквариуме отрубленную голову матери и пообещали, что рядом он увидит и голову отца. Сломленный юноша рассказал, что диверсанты скрываются в православной церкви святых Кирилла и Мефодия в центре Праги.
На следующее утро 18 июня, в 4.15. церковь на улице Ресслова была окружена восемью сотнями эсэсовцев. По приказу они должны были взять живыми укрывавшихся там диверсантов. После нескольких часов боя группа из семи укрывавшихся в крипте борцов Сопротивления покончила с собой.
Ян Кубиш, раненный в бою, умер позднее от ран. Священники кафедрального собора святых Кирилла и Мефодия, староста храма и епископ Чешский были расстреляны в сентябре.
Гибель чешских диверсантов была встречена с радостью в Берлине, но репрессии продолжались. В течение следующих нескольких недель 236 сторонников Сопротивления были доставлены в концлагерь Маутхаузен и убиты. Страшная волна террора послужила мощным сдерживающим фактором для любых дальнейших действий Сопротивления. Своей смертью Гейдрих невольно способствовал выполнению одной из своих амбициозных целей: полное и длительное умиротворение протектората.
По прошествии многих лет некоторые из исследователей событий Второй мировой войны считают, что убийство высокопоставленного чина, совершенное чехословацкими диверсантами под эгидой британского УСО и по инициативе Бенеша оказалась акцией значимой, но крайне недальновидной. Она привела к тому, что было расстреляно 1331 мужчин и женщин, репрессиям подверглись сотни ни в чем неповинных мирных жителей.
Но для Эдварда Бенеша операция «Антропоид» стала важным шагом на пути возвращения в президентское кресло. Но не слишком ли дорогой ценой досталось оно ему и его стране, если учесть, что позднее, в 1948 году, он сам отдал всю власть в руки прокоммунистического правительства?
Начало Часть I