На днях мой семейный врач, выслушав рассказ о «текущей откуда-то сверху слизи», удручённо покачал головой и спросил, не хочу ли я посетить отоларинголога? Согласно кивнув, я получила на руки направление с устной инструкцией: обратиться в «Университетскую клиническую больницу имени Пауля Страдыня» и непременно – к молодому врачу, поскольку со старыми, насколько я уловила намёк, каши не сваришь. Запомнив несколько фамилий, я отправилась в клинику, чтобы записаться на приём, а заодно посмотреть, с чем мне придётся иметь дело.
В последний раз в больнице Страдыня я была много лет назад. В то время в Латвии у меня был временный вид на жительство, который не слишком дружил с местной медициной. Впрочем, меня это мало беспокоило, поскольку с медициной не дружила и я, предпочитая решать все проблемы с помощью пары известных мне с детства таблеток. В больнице Страдыня я оказалась в тот момент, когда привычная схема лечения дала сбой. Промучившись пару недель с двусторонним отитом и устав слушать советы ЛОРов, к которым я обращалась за консультациями на специализированный форум, я решила... уточнить всё ли в порядке с ушами, но не раньше, чем сама поняла, что всё в порядке. Добрая женщина ЛОР, принявшая меня прямо в отделении, сказала, что не видит никаких проблем и, чтобы мне было не так грустно отдавать ей 10 евро, любезно предложила вытащить из ушей серные пробки.
Вот собственно и всё, что я помнила о больницы Страдыня. Не считая того, что там лучшие ЛОРы. Худших, замечу, я уже видела в прошлом году, когда всё с тем же двусторонним отитом, не поддавшимся лечению антибиотиками, прождав две, а может и три недели (!), попала на приём к специалисту, которого больше интересовало, заплатит ли ему за этот приём государство и не работает ли он со мной бесплатно? Второй раз мне такого счастья было не надо.
«Университетская клиническая больница имени Пауля Страдыня» встретила меня живописным планом территории, в котором я мало, что поняла.
Немного побродив между старенькими корпусами и ткнувшись в тот, где мне когда-то чистили ушки, я оказалась направленной в сторону «нового корпуса», спрятанного за старыми столь усердно, что найти его мне помогли только не знающие покоя ноги. Как здесь крутятся старенькие и немощные, я не знаю...
«Новый корпус» больницы Страдыня произвёл в моём мозгу настоящий взрыв. Я ожидала увидеть всё, что угодно, но только не этот стерильный космический корабль, в который было страшно не то что зайти, но и вздохнуть рядом.
Внутри же мне и вовсе пришлось затаить дыхание, чтобы не спугнуть эту стерильную чистоту с царящей здесь тишиной. Вспомнив, что на строительство данной конструкции была затрачена приличная сумма (судя по данным СМИ, около 75 миллионов евро), я поняла, что рассчитывать мне здесь особо не на что.
Внутренне сжавшись, я ткнула пальцем в курирующий очередь аппарат, и, взяв свой номерок, уныло поплелась в регистратуру. Приняли меня быстро, но тут же объяснили, что обратилась я не по адресу. Записываться на приём ко врачу мне нужно было то ли в другом месте, то ли по другой кнопке. Возможно, мне и вовсе стоило остаться дома и звонить им по специальному телефону или писать через болтающуюся на сайте электронную форму связи. Впрочем, раз уж я всё равно пришла, меня, конечно же, запишут, но впредь просят всё делать по правилам.
Внимательно изучив направление и узнав, к кому из ЛОРов я хочу попасть на приём, регистратор предложила самую ближайшую дату – 5 июля. На дворе был апрель, так что, немного подумав, я решила поступиться данным мне наказом семейного врача и спросить, а к кому из специалистов можно записаться пораньше... Через несколько минут активного компьютерного поиска мне выдали результат: «А это и есть самая ближайшая дата». По направлению. Но если мне нужна неотложная помощь, то я, как резидент, всегда могу получить её за 25 евро.
Двадцать пять евро – деньги так себе. Можно и заплатить, если бы не одно «но»: платное лечение в самом начале предполагает, что и дальше ты за всё будешь платить из своего кармана. Прикинув, что в лучшем случае я получу за эту сумму ещё одни антибиотики, которые мог бы выписать и семейный врач, а в худшем - рекомендацию по удалению кисты гайморовой пазухи, за которую точно платить не хочу (цены на хирургические вмешательства уже «кусаются»), я сказала: «Ну, уж нет. Пишите меня на 5 июля!».
Очевидно, данная фраза выдала меня с головой. Женщина из регистратуры вздохнула и добавила: «Я дам визитку. На обратной стороне номер телефона. Вы можете звонить по нему и спрашивать, не отказался ли кто-то от своей очереди? В таком случае Вас могут принять быстрее».
В ожидании приёма я внимательно изучаю, что пишут в Интернете о моём предполагаемом диагнозе, и стараюсь убедить себя в том, что полностью здорова. В конце концов, от насморка ещё вроде никто не умирал. Можно и подождать!