Сто, девяносто девять, девяносто восемь... Не видеть. Истоптанные серые плиты, будто испятнанные зримой, но не поддающейся словесному описанию скверной. Блеклый калейдоскоп площадной суеты. Лица - негодующие, предвкушающие, испуганные, осуждающие, пустые, чужие и чуждые. Начищенные доспехи и потрепанные монашеские рясы, придворные платья и нищенские лохмотья. Низкое и тяжелое небо, готовое обрушиться в гневе на все это нелепое и пугающее действо. Веселые оранжево-алые язычки огня, подбирающиеся к двум столбам с привязанными к ним людьми. Нет! Не смотри! Не надо.
Шестьдесят пять, шестьдесят четыре, шестьдесят три... Не слышать. Метроном молитвы на мертвом, но не погребенном языке. Волны ропота, ветром гонимые от края до края запрудившей площадь толпы. Треск горящей соломы. Первые крики сжигаемых заживо. Нет! Не слушай! Не надо!
Тридцать три, тридцать два, тридцать один... Не чувствовать. Ни жидкого огня, стекающего по щекам, ни пульсирующего жара в груди, ни пламени, охватившего самою душу.
Восемнадцать, семнадцать...
Виктор с трудом разлепил тяжелые горячие веки. Белый глянцевый потолок медкапусулы не предвещал приятного времяпрепровождения в ближайшие часы, мерный, почти что уютный гул приборов внушал уверенность в том, что всё не так уж и плохо. А что до обрывочных воспоминаний и фрагментов давешнего "огненного" бреда... Что же, могло быть и хуже, причём - гораздо.
***
Айна плотнее жалась к Марте. Ледяная влажная ладонь старшей сестры накрывала её и без того крепко зажмуренные глаза, ограждая от кошмара, что творился вокруг.
- Не смотри. Не надо.
Девочки молились. Хором. Перекрикивая гул предвкушающей зрелище толпы. Так, чтобы заученные слова поглощали сознание целиком, не пуская туда голоса окружающего мира.
- Не слушай! Не надо. Paternoster, qui et in coelis, Sanctificetur nomen Tuum...
Никто не обращал внимания на двух маленьких послушниц, никто не заподозрил бы в них дочерей графа Натана Литского, осужденного вместе с супругой графиней Эльзой церковью, Святой Матерью нашей, на очищение огнем за колдовство и пособничество дьяволу.
Ни раньше, добывая для себя и Айны под сутаной епископа Луция право на жизнь и относительную свободу, ни позже, когда разбивали фамильный герб и развеивали с колокольни храма пепел "мерзких прислужников сатаны", Марта не позволила себе дать волю слезам. Но сейчас предательская влага выжигала глаза изнутри, стекая горячими ручейками на бледные щеки и искусанные в кровь губы. Не отнимая ладони от лица младшей, Марта утерлась кулаком свободной руки. Прилюдная демонстрация истинных эмоций – непозволительная роскошь для ведьмы.
- …sedliberanosamalo. А знаешь, Айна, ада нет. Это не очень хорошая страшная сказка. А сожженные колдуны и ведьмы становятся звездами на небе. Они сидят там - в заоблачных высях, вершат свои звёздные дела и смотрят на нас – маленьких и смешных. Вот и мама с папой скоро будут там. Видишь, как набухло тучами небо? Оно готовится разродиться новыми звёздами. Маме с папой больше не будет ни больно, ни страшно. Никогда. Они будут любить нас. Всегда-всегда.
Шли годы. Марта учила Айну жизни и магии. Когда волшебство в крови, для постижения тайного не требуются ни полные артефактов подвалы, ни толстые пыльные фолианты – знай себе – наблюдай, да запоминай. Живи разумом, выбирай сердцем, не показывай никому своих слабостей, а тем паче – силы своей. И почаще смотри на небо.
То ли происками лукавого, то ли молитвами слуг господних сошёл в гроб его преосвященство Луций. Марта не на много пережила своего любовника – новый епископ поспешил возвести на костёр смышленую несговорчивую женщину. Для Айны на небосклоне зажглись две новые звёздочки – сестры и так и не рожденного племянника.
Айна скиталась по городам, зарабатывая на жизнь пением и каллиграфией, стараясь прибегать к колдовству как можно реже. Стройная, светлокожая, с тяжёлыми чёрными косами, она привлекала мужчин, но никому не дарила своей благосклонности. "Не люби ни дитя, ни мужчину" - гласило первое правило ведьмы, подтверждённое к тому же примером матери и старшей сестры. Когда душа выжжена жаром трёх костров, а взгляду доступны скрытые за облаками звёзды, правила соблюдать легко.