Дивный Лес приветствовал новый день. Юное вешнее солнце пробивалось сквозь густую зелень и золотыми зайчиками играло на стройных высоких стволах Поющих деревьев, ласково гладило нежную мягкую траву, приветливо улыбалось столь же юным и вешним цветам. Унриэль, прикрыв глаза, полной грудью вдыхала чарующий аромат пробуждающейся природы, вслушивалась в тихую песню леса и танцевала, босая и гибкая, стремясь всем телом, каждым движением проникнуть в суть магии жизни, разлитой вокруг, силясь напитаться великой и прекрасной природой. Длинные широкие рукава её серебристого одевания взмывали над головой и падали подобно крыльям диковинной серебристой птицы, затейливо сплетённые косы разметались по плечам, на бледном личике играл нежно-розовый румянец. Вдруг девушка остановилась на полушаге, замерла на полувздохе, вздрогнула. Что-то странное и чуждое вплелось в музыку леса, едва уловимо изменился запах и вкус воздуха. На поляне был кто-то ещё…
Из зарослей веленики, склонивших тяжёлые ветви к самой земле на дальнем краю поляны медленно вышел незнакомец. Мужчина медленно откинул капюшон добротного тёмно-зелёного плаща, протянул руки раскрытыми ладонями вперёд, показывая, что пришёл с миром.
- Здравствуй… те…, - неуверенно пролепетала эльфийка.
- Мир твоему лесу, перворождённая — на чистейшем языке Древних произнёс незнакомец, - прости, что помешал твоему танцу. Михель.
Девушка склонила голову набок широко раскрыв и без того огромные синие глаза.
- Зовут меня так. Михель.
- Унриэль… А Вы… с Обратной стороны Молчащего моря, да?
- Ну, можно и так сказать. А что, много нас таких повидать пришлось?
- Н-нет. Если честно, Вы у меня- первый, - смущённо улыбнулась Унриэль, - ну, то есть…
Понимаете, я много слышала о странниках с Обратной стороны, но сама вижу впервые. Встречать гостей — дело лесных стражей. Я много раз… По правде говоря, не много, раза два… просилась в дальние патрули, чтобы удовлетворить своё любопытство, но отец не пустил. Говорит, не все приходят с миром.
- А он — мудр, твой отец. И, верно, крепко печётся о тебе.
- Да, правителю положено быть мудрым…
- Хм… Так ты — принцесса? Угораздило же… - засмеялся мужчина.
«Странный какой-то», подумала Унриэль, «вот, смеётся без причины… И какие воздушные реки понесли меня сегодня на эту поляну? Ведь знала же, догадывалась… Ходят тут всякие… в плащах. Две луны назад Этэль Ясноокая до захода солнца бегала от одного такого странника. Тоже явился в плаще и с миром. Кто же знал, что под плащом-то у него ничего и нет, кроме не слишком юного и отнюдь не прекрасного тела. Хотя, этот — Михель — очень даже ничего. Стройный, высокий, гибкий, как перворождённый. Даже чертами лица немного походит на Дивных, но уши… уши не достаточно остры. А в остальном — хорош, конечно. Даже жаль, что… хм… одет, как подобает... » Удивляясь своим нелепым мыслям, эльфийка вспыхнула непрошеным румянцем….
- Ну что же… Да будет Лес милостив к Вам, Михель — скороговоркой протараторила Унриэль и поспешно отступила на шаг.
- Постой же, - мужчина поймал тонкую руку и притянул девушку к себе. - А как же Дар, Кольцо и Долгая дорога? Ты же знаешь правила? И ты теперь — мой проводник.
- Да, конечно, - потупилась принцесса. И сменила тон на более деловой. - Ну, что там у Вас?
Мужчина протянул крупный самоцвет на тонкой серебряной нити. Камень искрился и переливался всеми оттенками синего. В нём чувствовалась особенная жизнь, бурное кипение магической маны.
- Что же… Это — хороший Дар, - более чем хороший, продлит дыхание волшебства по эту сторону моря ещё на долгие-долгие луны. Впрочем, странник, вероятно, знает, что принёс. Это читается в его спокойном и уверенном взгляде, - Лес принимает его.
По правде говоря, Лес вынужден принимать и не такое. Но, чтобы жить, а не просто существовать, Лесу и его обитателям нужна магия, а источник иссяк так давно, что некоторые говорят, будто его и вовсе не было. Теперь магию сюда приносят редкие странники с Обратной стороны. И, действительно, далеко не все они приходят с миром. Встречаются и безумцы, и злодеи. Но Лес принимает и их дары.
- Ну что же… Идём, Михель, - грустно улыбнулась эльфийка и протянула мужчине узкую ладошку.
Так, рука об руку странник и принцесса покинули Светлую поляну в сердце Поющей рощи и отправились тайными тропами вглубь Дивного леса под сень чертогов короля Унриила.
Во дворце странника приняли настороженно, но довольно вежливо. Впрочем, богатый Дар быстро примирил перворождённых с гостем. В его честь был даже устроен бал.
Унриэль поднесла мужчине изукрашенное чарующими узорами одеяние, удобное и уместное как на пиру в королевских чертогах, так и на узких лесных дорогах, полных неведомых приключений и опасностей.
- Благодарю. Но, право, не стоило…
- Очень даже стоило. И, прошу, носите это. Здесь у нас не все благосклонны к странникам.
- Отчего же?
- Вы и сами знаете. Не все несут мир…
А дальше… Дальше была долгая дорога, мимо кристальных озёр и хрустальных рек, в тени деревьев поющих и деревьев плачущих, по заснеженным горным перевалам и в подземных гномьих глубинах. Это был мир ликующей природы. Мир чистого необузданного волшебства. Было здесь, конечно, и зло. Но зло — своё, родное, прирученное. Куда более понятное и менее страшное, чем то, что иной раз приносили с собой странники с обратной стороны. Дремали в своих золотых пещерах два старых дракона, в лесных чащобах промышляли орочьи разбойные шайки. Ну а куда без этого? Ни гармонии, ни равновесия…
Было и кольцо. Нет, не могущественное, да и вовсе не волшебное… Изящный серебряный перстенёк, который Михель подарил своей принцессе на прощание.
Ещё был запах прелой листвы и свежей хвои, тёплые касания солнечных лучей на обнажённой коже. Сладость спелой малины и дикого мёда на нежных девичьих губах. Чистый вкус родниковой воды, напоминающий о чём-то близком, до боли родном, но навеки утраченном.
А вот ни тревоги, ни вины не было. Ни капли.
- Ты ещё вернёшься? Пообещай мне, что вернёшься!
- Я не буду обещать. С обратной стороны Молчаливого моря — всё наоборот, ты же знаешь… Я просто вернусь, и всё. Только ты жди.
***
Яркая вспышка, лёгкое головокружение… Гладкие, блестящие плиты сверхпрочного композита по прибрежной линии отражают неровное слабое сияние гаснущего портала. Бескрайняя водная гладь, застывшая неподвижно с одной стороны и поистине исполинское здание — торжество инженерной мысли, запечатлённое в стекле и бетоне, с другой. Так много белого и серого. Так мало синего и зелёного.
Михель Михельсон потянулся, размял запястья, лёгким пружинящим шагом прошёл к ближайшему лифту и поднялся на сто первый этаж. Там его уже ждали.
- Ну, и как Вам? - моложавый подтянутый менеджер приветливо улыбнулся.
- Что же… Я готов купить контрольный пакет акций общества «Дивный мир». Проект интересен. Всё воссоздано довольно-таки реалистично. Эти… вновь-возрождённые очень милы… - молодой бизнесмен задумчиво улыбнулся, - И… у меня просьба. Впрочем, нет. Требование.
- Да-да, всё, что угодно… - содержание элитного квест-курорта влетало в копеечку. Нужно было во что бы то ни стало выгодно пристроить столь затратный стартап.
- Туристы должны проходить психологическое тестирование. Адекватность, позитивный настрой, ненасилие… Ну, да Вы сами всё знаете.
- Но это может снизить спрос! И потом...
- И пусть, - пресёк поток возражений Михель, - Эта сказка должна быть доброй.