Найти в Дзене

Как создавалась эта истребительная машина

3 марта 1941 года Кейтель издал совершенно секретную дополнительную директиву к «Директиве фюрера №21», адресованную исключительно лишь главнокомандующим всех трех видов вооруженных сил рейха, а также начальнику штаба оперативного руководства вермахта Иоллю и его заместителю Варлимонту. Директива касалась прежде всего организации власти на оккупированных советских территориях, а в связи с этим и обязанностей вермахта. В соответствии с директивой исполнительная власть на театре военных действий должна была находиться в руках главнокомандующего сухопутными войсками, но с одним ограничением: на этой территории рейхсфюрер СС Гиммлер имел право выполнять «специальные задачи», в которые армия не могла вмешиваться. В связи с этим директива предписывала обсудить детали и пункты сотрудничества вермахта с СС путем непосредственных переговоров между ОКХ и рейхсфюрером СС. Во исполнение этого указания состоялось совещание, на котором между представителем Гиммлера — шефом РСХА Гейдрихом, с одной с

3 марта 1941 года Кейтель издал совершенно секретную дополнительную директиву к «Директиве фюрера №21», адресованную исключительно лишь главнокомандующим всех трех видов вооруженных сил рейха, а также начальнику штаба оперативного руководства вермахта Иоллю и его заместителю Варлимонту. Директива касалась прежде всего организации власти на оккупированных советских территориях, а в связи с этим и обязанностей вермахта. В соответствии с директивой исполнительная власть на театре военных действий должна была находиться в руках главнокомандующего сухопутными войсками, но с одним ограничением: на этой территории рейхсфюрер СС Гиммлер имел право выполнять «специальные задачи», в которые армия не могла вмешиваться. В связи с этим директива предписывала обсудить детали и пункты сотрудничества вермахта с СС путем непосредственных переговоров между ОКХ и рейхсфюрером СС.

Во исполнение этого указания состоялось совещание, на котором между представителем Гиммлера — шефом РСХА Гейдрихом, с одной стороны, и представителем ОКХ — генерал-квартирмейстером сухопутных войск генералом Вагнером — с другой, были согласованы принципы сотрудничества. К началу апреля 1941 года указанные переговоры привели к заключению письменного соглашения, детально излагавшего принципы сотрудничества армии с оперативными группами полиции безопасности и СД. Оперативные группы подчинялись шефу РСХА, а их члены набирались из числа сотрудников уголовной полиции, полиции безопасности, войск СС и полиции порядка.

Главной задачей оперативных групп было проведение «массовых казней евреев, коммунистов и иных элементов сопротивления» в тылу германских войск на Востоке. Такова была одна из «специальных задач» рейхсфюрера СС, о которой упоминалось в директиве ОКВ от 13 марта 1941 года. Эти «специальные задачи», вытекавшие из людоедской программы Гитлера, которую он изложил 30 марта 1941 года на генеральском совещании в Оберзальцберге, должны были проводиться в жизнь — и действительно проводились — через оперативные группы СД. И происходило это при полной поддержке вермахта.

20 апреля 1941 года Браухич, по согласованию с Гейдрихом, издал приказ, определявший основы взаимодействия командующих армиями с оперативными группами СД. Приказ этот, устанавливая, что военные операции имеют преимущество перед всеми иными, затем подтвердил, что эйнзатцкоманды (зондеркоманды) уполномочены предпринимать «исполнительные меры против гражданского населения» и при этом должны поддерживать тесный контакт с начальниками разведки (1-с) каждой армии, которым обязаны представлять отчеты о своей деятельности. Таким образом, германское командование было обстоятельно информировано о «деятельности» оперативных групп СД.

Рейхсфюрер СС Гиммлер — уже по своей линии, но тоже по согласованию с ОКХ — издал 21 мая 1941 года приказ, регулирующий сферу деятельности оперативных групп, которые отныне были подчинены высшим начальникам СС и полиции. Он упомянул также о взаимодействии оперативных групп с армией в соответствии с приказом Браухича.

Практические формы этого «сотрудничества» были обсуждены в начале июня 1941 года на совещании в Берлине, на котором присутствовали генерал Вагнер, начальник службы разведки и контрразведки адмирал Канарис (который, по крайней мере теоретически, кажется, был против политики истребления военнопленных), Гейдрих, а также начальники отдельных оперативных групп и эйнзатцкоманд, начальники разведки групп армий, корпусов и даже некоторых дивизии. Будущие «товарищи по оружию» получили исчерпывающую информацию о соглашении Вагнер — Гейдрих и затем обсудили формы взаимодействия.

Чем ближе был день начала военных действий против СССР, тем шире становился круг командиров, посвященных в эти сугубо тайные планы. В их задачу входило воздействие в соответствующем духе на «моральное состояние» армии. Так, например, 19 нюня 1941 года командир 198-й пехотной дивизии (XXX корпус генерала Зальмута) издал приказ «О поведении войск на Востоке», которым, в частности, обязывал своих подчиненных применять беспощадные меры против «евреев, коммунистов, партизан и прочих».

Наступило 22 июня 1941 года. Гитлеровские орды ринулись на советскую землю, и за продвигающимися в глубь СССР германскими армиями следовали оперативные группы, отмечая каждый свой шаг массовым истреблением гражданского населения.

В отношении военнопленных оперативные группы получили задание «вылавливать» в дулагах и шталагах советских комиссаров и политруков, которые до этого не были опознаны и расстреляны на поле боя и на сборных пунктах, а кроме того, выявлять коммунистов, партийных работников и всех евреев. Целью «отбора» было истребление названных категорий военнопленных. Вся эта акция проводилась на основе соглашения между высшими военными властями и органами безопасности рейха после длительных переговоров, окончившихся 16 июля 1941 года.

Уже на следующий день, 17 июля 1941 года, Гейдрих издал свой пресловутый «Оперативный приказ № 8», адресованный, в частности, органам полиции безопасности «генерал-губернаторства» и Восточной Пруссии и содержавший указания для откомандированных в шталаги и дулаги частей полиции безопасности и СД.

Уже сама сопроводительная записка вводит нас в суть вопроса: «Присем направляю инструкцию по вопросу чистки («Sauberung») в лагерях для военнопленных, где размещены советские пленные («Sowjetrussen»). Эти указания разработаны по согласованию с ОКВ Управлением по делам военнопленных (см. приложение № 1). Коменданты лагерей для военнопленных и пересыльных лагерей (шталагов и дулагов) были информированы через ОКВ».

Гейдрих потребовал откомандирования небольших групп в составе 4—6 человек в лагеря для военнопленных, находящиеся на территории «генерал-губернаторства» и Восточной Пруссии. В целях «облегчения проведения акции отбора» он направил офицеров связи к «начальникам военнопленных»: в военный округ № 1 (Восточная Пруссия, «начальник военнопленных» генерал-майор фон Гинденбург, офицер связи — советник Шиффер из гестапо в Щецине) и в «генерал-губернаторство» («начальник военнопленных» — генерал Гергот, резиденция в Кельцах, офицер связи — комиссар по уголовным делам Рашвитц из гестапо в Кракове). В задачу офицеров связи входило наблюдение за деятельностью указанных групп в соответствии с директивами Гейдриха и обеспечение бесперебойного взаимодействия с частями вермахта.

Акция по «отбору» должна была проводиться, как явствует из инструкции Гейдриха, на обеих этих территориях. Однако из приложения № 1 к приказу вытекало, что разработанные в инструкции принципы «отбора» распространялись также и на оперативные отряды полиции безопасности, действовавшие на оккупированных территориях, в оперативных районах и в лагерях на территории рейха. Подтверждая, что целью новой политики в отношении военнопленных должно быть освобождение вермахта от пленных, являю-щихся «движущей силой большевизма», а равно защита не-мецкого народа от «большевистских подстрекателей» и скорейшее усмирение оккупированных районов, Гейдрих отметил, что цель эта может быть достигнута с помощью отбора «политически нежелательных элементов» [«politisch untrag-barer Elemente», дословно: политически невыносимых, не могущих быть терпимыми в политическом отношении элементов.], проводимого эйнзатцкомандами.

Гейдрих подчинил эйнзатцкоманды непосредственно начальнику полиции безопасности и СД (то есть самому себе!). Для них предусматривалась специальная подготовка. В конце инструкции Гейдрих подчеркнул, что эйнзатцкоманды в своей деятельности обязаны руководствоваться соответствующими указаниями, и приказал самым тесным образом сотрудничать с комендантами лагерей для военнопленных и офицерами разведки.

-2

К тем «нежелательным», которых надлежало «выловить» среди военнопленных прежде всего, Гейдрих относил профессиональных революционеров, работников Коминтерна, «авторитетных деятелей партии» и ее разветвленных органов — как из Центрального Комитета, так и из местных организаций, народных комиссаров и их заместителей, политических комиссаров Красной Армии, руководящих лиц из государственного аппарата и хозяйственных органов, представителей советской интеллигенции, всех евреев и, наконец, определенных лиц, подпадающих под понятие «поджигатели, подстрекатели или фанатичные коммунисты».

Понравилась статья? Поставь лайк, поделись в соцсетях и подпишись на канал!