25 октября прошлого года я сидела на ступеньке крыльца нашего дачного дома, пила кофе и вдохновенно ныла. Муж Алеша возился рядом – консервировал на зимовку мотоблок, - поэтому вынужден был быть благодарной публикой, деваться ему было некуда.
Я рассказывала ему о тяготах жизни в каменных джунглях, о том, что уже завтра ладья, можно сказать, Харона в лице водителя Виталия переправит нас в царство вечного холода и мрака, где мы будем влачить жалкое существование теней, лишенных радости, солнца, плодов и цветов.
- Ну, не знаю, - сказал Алеша. – У тебя и в городе миллион горшков со всякими штуками. Фиалки, эти, как их, фаллопёсисы…
- Фаленопсисы!
- Ну вот. Деваться некуда уже от этих цветов. У Татьяны Матвеевны ты уже просто джунгли развела, она мне говорила, что к окнам подходить опасается, чтобы не заблудиться.
- Глупости! Маме очень нравится ее комнатный сад! Она от него в восторге! Она сто раз мне это говорила!
- Ага.
- И вообще – это же просто чудо, что я смогла там его развести – в такой темноте-то! Все дело в правильном подборе тенелюбивых растений с максимально хорошим ростом и обильной листвой! К тому же он и функциональный!
- Чем?
- Ну… на листьях сансевиерии мама белье сушит, например. Не то, чтобы я это приветствовала, правда… А кактусы я все от нее унесла к Вале – после того инцидента. И Вале они очень нравятся, да! Она просто загородилась от окна подушками и развернула кровать так, чтобы не оказываться к кактусам спиной. И очень правильно. И уж если на то пошло, я эти кактусы не покупала, мне их подарили, и кто же знал что они такими громадными вырастут. С такими колючками. Что мне с ними теперь делать – выбрасывать что ли? В детский сад дарить?
- В детский сад точно не надо. Некоторые родители любят, когда в их детях не торчат полуметровые колючки…
- Полуметровые, скажешь тоже…там, дай бог, пять сантиметров самые большие будут.
- Знаешь, этого вполне достаточно. Для самых сильных ощущений.
- Но в любом случае цветы в горшках – это все не то. Это жалкий эрзац дачного великолепия.
- Ты только им не говори, что они жалкий эрзац. А то они ночью выкопаются из горшков… Как то чудовище, которое на Виталия Трофимовича напало.
- Да ничего оно не напало! Просто картина висела на плохом крепеже, а хойя разрослась и за этот крепеж зацепилась… Нет, не спорю, выглядело впечатляюще, но она никуда не прыгала – это картина упала, вместе с хойей, а хойя потянула за собой горшок и дала этим горшком папе по башке… ну, почти дала, но все же кончилось хорошо… Ладно, убедил. Все-таки по городским цветам я тоже соскучилась, будет здорово по приезде ими как следует заняться. Пойду собираться.