Иногда в процессе исследования родословной и изучения различных архивных источников можно увидеть, как представители одной крестьянской семьи, в прежние годы записанные в документах как один двор, возглавляемый отцом семейства или старшим из нескольких братьев, вдруг оказываются записаны уже отдельно друг от друга, своими собственными дворами. Это верный признак того, что в семье произошел раздел, и каждый взрослый мужчина в ней получил возможность зажить своим умом и своим домом.
Обстоятельства таких разделов в каждой семье были разными: у одних они происходили полюбовно, давая молодым семьям возможность строить свою жизнь отдельно от стариков, у других - на фоне ссор свекрови с невестками или скандалов между родными братьями, когда оставалось еще немного - и недалеко уже до беды.
Так или иначе, чем бы ни был вызван раздел, просто прихватить из избы и амбара все, что требовалось в новой независимой жизни, и уйти от родственников с гордо поднятой головой, было невозможно.
Так что же представляла собой процедура семейного раздела и для чего она была нужна? В правовых документах начала XX века крестьянский двор определялся как «семейно-трудовое объединение лиц, совместно ведущих хозяйство». Таким образом, речь шла не просто о членах одной семьи, а именно о совместной обработке земли и другой хозяйственной деятельности. Неучастие в этой общей работе без уважительной причины автоматически исключало члена семьи из «двора». Временно ушедшими, но при этом не теряющими права на долю в общем хозяйстве считались избранные на государственную службу, уехавшие на учебу или в лечебное заведение и призванные в армию.
Все остальные, если они пропускали две посевные кампании, не помогая при этом родным из своего прекрасного далека трудом и деньгами, считались «оторвавшимися» и теряли право на раздел.
При семейном разделе (целью которого было исключительно образование нового жизнеспособного хозяйства, а не просто получение некой доли общего семейного имущества), делилось все движимое и недвижимое имущество, исключая личные вещи: земельный надел, постройки, живой и «мертвый» инвентарь и прочее. Если размер надела был недостаточным, делили все остальное имущество, а землей новый хозяин наделялся позже уже из общественных угодий.
Личными вещами считалось не то, что было куплено на собственные деньги (к примеру, корова никогда не могла стать личным имуществом), а то, что по своему назначению служило только лично своему владельцу.
Размер выделяемой доли определялся объемом делимого хозяйства, количеством членов двора, временем участия в прежнем хозяйстве выделяющегося и другими подобными аспектами. Раздел производился в натуре, но за имущество (не за землю!) допускались зачеты другим имуществом или деньгами. Иногда мужики оговоривали между собой особые условия: например, отделяющийся обязывался вырыть на своем старом дворе колодец, установить изгородь и т. п.
Все условия семейных разделов прописывались в раздельных приговорах, которые составлялись в присутствии сельского старосты и утверждались на сельских сходах односельчанами делившейся семьи. В тех случаях, когда прийти к согласию домочадцам не удавалось, в дело вступал волостной суд, который в рамках гражданского иска решал вопрос своей властью.